Его Искушение

Ее аромат усиливается, я вдыхаю его, заполняю легкие брусничной отравой.

Немного сжимаю пальцы и в голове высвечивается блок, а кукла во сне открывает розовые губки, влажные, нежные, сладкие.

Девчонка манит. Природный дар или проклятие, сделавшие ее знаменитостью.

Я с ее братией много контачил, на раз обламывал закидоны дешевых королев красоты, но в Авроре этого нет, может, из-за такой необыкновенной чистоты ее нутра мне хочется извалять ее в еще большей грязи.

Вгоняю зубы в губу, чтобы в себя прийти от наваждения. Беру на руки и несу в свою спальню.

— Чертова кукла!

Никогда я не хотел убить так же сильно, как сейчас.

Глава 30

Аврора

Свет вызывает резь в газах, а увидев, кто сейчас в спальне, буквально вдавливаю себя в подушку, забываю дышать при виде Ивана, который рассматривает меня, слегка склонив голову, и потусторонний светлый взгляд исподлобья пугает до икоты.

Сглатываю гулко и болезненно. Мужчина делает несколько шагов в мою сторону. У него вид такой, словно с прогулки вернулся, расслабленный и скучающий, а я запоздало замечаю, что он снимает кожаные перчатки.

Зловеще как-то. Такие обычно в фильмах надевают, чтобы следов не оставлять.

Сжимаюсь вся. Не могу его видеть. Не хочу.

Сегодня Иван в черных джинсах и черной майке и кожанке. Непривычный. Весь мрачный, но я ловлю себя на разглядывании. Красивый, опасный хищник, от которого дрожат колени, и я притягиваю их к груди, сцепляя руки в замок.

Проходит мимо меня, останавливается у окна, смотрит на улицу, которая сейчас освещена только светом фонарей и луной."

"Такой ледяной Кац, до ужаса спокойный и расслабленный, страшит еще больше. Опять кошусь в сторону двери, прикидывая, как далеко смогу убежать, но оглушительный лай собак за окном заставляет вздрогнуть, а затем оцепенеть.

— Что это?!

Спрашиваю механическим голосом.

— Охота. Ротвейлеров выпустили из вольеров. Мои питомцы спешат загнать дичь.

Прикусываю губы.

— Сегодня я вернулся после тяжелого рабочего дня и в планах было немного развеяться.

Замолкает, открывает окно, чуть оттянув занавеску, дает себе лучший обзор во двор.

Теперь понимаю, что Иван одет для охоты. Вот почему перчатки.

— Я сейчас должен быть там.

Проговаривает слишком уж спокойно. Не знаю, что напугало бы больше: злость в его голосе или подобная лютая сдержанность.

— Что-т-то помешало?

Заикаюсь.

— Определенно.

И взгляд в меня, обжигающий, заставляющий сжаться еще сильнее. Иван сейчас пугающий, грозный, и глаза у него, как лед. Наклоняет голову к левому плечу, а у меня волосы на затылке поднимаются. Еще не видела его таким зловещим.