Его невыносимая невеста

Я боролся с этим острым и практически непреодолимым желанием, пытаясь обуздать свою вторую сущность. Айлин обещала, что они не опоздают, и я верил в то, что сестра сдержит обещание.

К моему облегчению, уже через несколько резких и болезненных ударов сердца герольд торжественно объявил:

— Его Величество Аласдэр — король Бирнаи! Её Величество Айлин — королева Бирнаи! Его Светлость Айсэр Норэт — светлейший князь Кэрнийской империи!

И все же дед Кимберли приехал. До последнего мгновения надеялся на то, что какие-то важные события задержат его в Кэрнии.

На бальный зал вновь стала опускаться тишина. Но не та любопытная и живая, которую я почти физически ощутил при появлении Мейсонов. Другая — почтительная и восторженная. Я же вновь подавил острое желание отправиться к Ким и через силу направился навстречу уважаемым гостям. Надеялся, что мои шаги не выглядели грузными и неуклюжими — именно такими я их ощущал.

После положенного этикетом приветствия, пропустил вперед Аласдэра с Айлин. Их величества направились на то место, где до этого стоял я. Вместе с князем Норэтом, с которым вежливо раскланялся, пристроился за спинами монархов.

Внешность князя Норэта поразила меня с первого взгляда. Пожилой мужчина с характерными жесткими чертами лица, тяжелой челюстью и волевым подбородком, темно-рыжими волосами, которые на висках уже серебрились сединой, и темно-зелеными глазами. Цвет глаз отличался от ясных и светлых глаз Кимберли, напоминающими свежую изумрудную листву деревьев, но их разрез был точно таким же, как у моей невесты.

По мере нашего продвижения, приглашенные аристократы склонялись в поклонах и реверансах, искоса и исподлобья кидая любопытные взгляды на министра финансов соседней империи.

Наконец, их величества остановились, развернулись к моим гостям, и Аласдэр с достоинством проговорил:

— Мы рады присутствовать на празднике, посвященном помолвке нашего дорогого и любимого брата с прекрасной девушкой и достойной подданной королевства.

Его величество протянул руку в сторону Мейсонов, и лорд Мейсон вывел Кимберли к монархам.

Опекун Ким поклонился. Рыжуля присела в низком и изящном реверансе. Аласдэр шагнул к ней и помог подняться, чем подчеркнул свое расположение и симпатию.

Кимберли выглядела бледной и немного напряженной, но собранной. Король аккуратно развернул её лицом к гостям, лорд Мейсон чуть отошел в сторону. Не отпуская руки Кимберли, Аласдэр протянул мне свою вторую руку.

Когда король соединил наши ладони и отошел в сторону, Айлин по древнему бирнайскому обычаю обвязала наши с Ким запястья тонкой жемчужно-пепельной лентой, тем самым благословляя наш будущий союз.