Эркюль Пуаро

Да и мыслимое ли это дело, сэр, чтобы такая милая молодая леди сотворила что-нибудь подобное?

– Нет, конечно... – кивнул, соглашаясь, Эркюль Пуаро. – Но когда речь идет о ревности...

Он замолчал, вглядываясь в пригожее лицо молодого белокурого гиганта.

– О ревности? – удивился Тед Бигланд. – Я знаю, что такое случается, но ведь это обычно бывает с парнями, когда какой-нибудь из них напьется и уже не помнит себя от бешенства. Но леди Элинор... такая милая, такая спокойная... чтобы она...

– Но Мэри Джеррард мертва... – прервал его Пуаро. – И умерла она не своей смертью.

Парень лишь покачал головой.

– Здесь что-то не так. Это невозможно, понимаете... Просто невозможно, чтобы кто-нибудь посмел убить Мэри. Она была... она была как цветок.

И внезапно на какой-то миг, как при яркой вспышке молнии, Эркюль Пуаро по-новому увидел покойную девушку... «Она была как цветок...» В этих неловких, с трудом найденных словах, Мэри Джеррард снова была живой и цветущей.

IIИ внезапно он тоже ощутил горькое чувство утраты, гибели чего-то бесконечно милого и нежного.

В его голове одна за другой проносились фразы, сказанные о девушке разными людьми. Питером Лордом: «Она была милое дитя». Сестрой Хопкинс: «Она могла бы сниматься в кино». Миссис Бишоп: «Тошно было видеть это ее жеманство». И теперь вот эти последние слова, перекрывавшие все остальные, произнесенные с тихим изумлением: «Она была как цветок».

– Но тогда... – Эркюль Пуаро умолк и широко развел руки – абсолютно неанглийским жестом.

Тед Бигланд кивнул. В его глазах застыло немое страдание – взгляд раненого животного.

– Я понимаю, сэр. Я знаю, что вы правы. Она умерла не своей смертью. Но я подумал...

Он не стал продолжать.

– Что? – спросил Пуаро.

– Я подумал... а что, если это все же был несчастный случай?

– Несчастный случай? И что же это за несчастный случай такой?

– Понимаю, сэр. Понимаю, что это звучит бессмысленно. Но я вот все думаю и думаю, и мне кажется, что это какая-то случайность. Что-то, что не должно было произойти или произошло по ошибке. Ну, в общем, несчастный случай.

Он умоляюще посмотрел на Пуаро, смущенный тем, что не способен ясно выразить свою мысль.

Некоторое время Пуаро обдумывал услышанное. Потом он проговорил:"

"– Так вот, значит, что вы чувствуете. Это интересно.

– Я понимаю, что вам нужно что-то определенное, – виновато проговорил Тед Бигланд. – Но я не могу сказать «как» и «почему». Я просто чувствую.

– Чувство иногда самый лучший подсказчик... – заметил Пуаро. – Надеюсь, вы меня простите, если я затрону больную тему, но я хотел бы знать: вы очень любили Мэри Джеррард?

На смуглом лице молодого человека проступил густой румянец.