Эркюль Пуаро

Старик был в хорошем настроении, хотя, возможно, немного усталым. Я вышел, оставив отца с Хорбери. Больше я его не видел.

– Где вы были во время его смерти?

– В столовой с братцем Альфредом. Не слишком приятное послеобеденное времяпрепровождение. Мы были в самом разгаре спора, когда услышали шум наверху. Казалось, будто там дерутся десять человек. А потом бедный отец закричал – так визжит свинья, когда ее режут. Крик парализовал Альфреда – он застыл с отвисшей челюстью. Мне пришлось встряхнуть его, чтобы привести в чувство, и мы помчались наверх. Дверь была заперта, и нам пришлось ее взламывать – та еще работенка. Понять не могу, каким образом она оказалась запертой! В комнате никого не было, кроме отца, и будь я проклят, если кто-нибудь мог выбраться оттуда через окна.

– Дверь заперли снаружи, – сообщил суперинтендант Сагден.

– Что?! – Гарри уставился на него. – Но я могу поклясться, что ключ был вставлен изнутри!

– Так вы это заметили? – осведомился Пуаро.

– Я все замечаю, – резко отозвался Гарри. – У меня такая привычка. – Он окинул взглядом собеседников. – У вас есть еще вопросы, джентльмены?

Джонсон покачал головой:

– В данный момент нет. Благодарю вас, мистер Ли. Может быть, вы пришлете сюда следующего члена семьи?

– Разумеется.

Гарри направился к двери и вышел не оборачиваясь.

Трое мужчин посмотрели друг на друга.

– Что вы о нем думаете, Сагден? – спросил полковник Джонсон.

Суперинтендант с сомнением покачал головой:

– Он чего-то боится. Интересно, чего именно?

XIМагдалина Ли эффектно остановилась в дверном проеме, касаясь длинными пальцами блестящих платиновых волос. Зеленое бархатное платье облегало стройную фигуру. Она выглядела очень молодой и слегка испуганной.

Трое мужчин на момент застыли, глядя на нее. В глазах Джонсона читалось явное восхищение. Сагден обнаруживал только нетерпение человека, стремящегося продолжить работу. Взгляд Эркюля Пуаро был оценивающим, и Магдалина это видела, но она не знала, что он оценивает не ее красоту, а умение эффективно ею пользоваться.

«Jolie mannequin, la petite. Mais elle a les yeux durs»[14], – подумал Пуаро.

«Чертовски хорошенькая девушка! – размышлял полковник Джонсон. – Джорджу Ли придется с ней нелегко, если он не будет за ней присматривать. Она явно знает толк в мужчинах».

«Пустоголовая тщеславная бабенка! – думал суперинтендант Сагден. – Надеюсь, мы быстро с ней покончим».

– Садитесь, пожалуйста, миссис Ли, – заговорил полковник Джонсон. – По-видимому, вы...

– Миссис Джордж Ли.

Она села с признательной улыбкой. «В конце концов, – казалось, говорил ее взгляд, – хоть вы и полицейский, но не такой уж страшный».

Край улыбки предназначался Пуаро. Иностранцы так восприимчивы к женским чарам! Суперинтендант Сагден ее не заботил.