Если бы меня спросили

Считала, пока сегодня дежурный администратор, что встречал посетителей в вестибюле, откровенно не спросил: «Ты с ним спишь?»

Ирка возилась на конторке с бумагами — выбирала из общей кучи свою почту — когда он огорошил её вопросом.

— С чего ты взял? — не подала она вида, но внутри всё похолодело.

— Вы же практически не расстаётесь. И он так на тебя смотрит…

— Как? — Ирка подняла на парня глаза.

— Так, что хочется пойти передёрнуть, — усмехнулся он.

— У-у-у… как всё запущено, — оценила она зреющий у него на лбу прыщ.

— Да и слухи всякие ходят, — сально улыбнулся он.

— Например?

— Ну, говорят, шеф с твоим приходом сильно изменился. Стал добрее, щедрее, счастливее, что ли. Как мужик, у которого вдоволь секса.

— Думаешь, до этого ему не давали? — хмыкнула Ирка.

— Давали, конечно, — осклабился дежурный, — но, видимо, не столько и не так, — намекающе скользнул он взглядом по выпирающим местам её фигуры.

Ирка покачала головой.

— Найди себе лучше бабу, — она демонстративно посмотрела на бейджик, — Вова. Меньше будет всякое мерещиться.

Сгребла конверты и, чеканя шаг, как на плацу, вошла в кабинет босса без стука.

— Тихо, тихо, тихо, — поднял Борис Викторович руку, останавливая поток её красноречия.

Закончил разговор, отложил телефон, поднялся из-за стола, и тогда только дал слово.

— Кофе будешь? — спросил он, когда Ирка вывалила всё, что о нём думает.

Когда до неё, наконец, дошло, что всё это он делал специально, а она наивная и не подозревала, что нарочитая симпатия и загадочные улыбки тоже часть игры. Его игры.

— Хм, — возмущённо дёрнула она головой на его предложение.

— Хм «да» или хм «нет»? — ткнул Борис Викторович в дисплей кофемашины и когда та загудела, перемалывая зерно, повернулся.

— Нет, — швырнула ему на стол письма: сам разберётся, что там ему.

— А я всё думал, когда же ты догадаешься? — упёрся Воскресенский задницей в подоконник.

— О чём догадаюсь? Что вы меня намеренно лапаете?

— Ну, лапаю — это, конечно, громко связано. Лапаю я совсем не так, — первый раз откровенно уставился он на её грудь. — Но да, обычно я так себя не веду. Обычно я более сух, сдержан, нейтрален и не вожу с собой с утра до вечера секретарш.

— А я слышала, возите. Только потом женитесь на них, — откинула Ирка за спину сегодня распущенные волосы, предоставив ему полный обзор в расстёгнутое пальто.

Она чувствовала себя использованной и обманутой. Фальшивые комплименты, дешёвый флирт, показные знаки внимания. Она-то наивно думала они заодно, вместе, на одной стороне. А он…

— Твоя правда, — улыбнулся Воскресенский, заглянув ей в глаза, но потом улыбка сползла с его лица, ставшего жёстким, холодным. — Так надо, Ир. Пусть она думает, что у нас роман, — заиграл он желваками.

— Супер! — всплеснула руками Ирка.