\

А может…

Я резко выскочил из-за ели и оказался прямо перед человеком, спешащим по тропинке. От неожиданности он поскользнулся, но сохранил равновесие, а у меня не осталось никаких сомнений, этот хрен шёл именно за мной. И я его знал.

12. Откровенный разговор

Я пристально посмотрел на своего преследователя, засунул руки в карманы и, подражая Глебу Жеглову, прохрипел:

— А теперь — Зубатый! Зубатый! Я сказал!

Он восстановил равновесие и холодно улыбнулся:

— Здорово, Жаров. Стало быть, не забыл меня?

Улыбочка была даже не холодной, а, скорее, равнодушной и вызывала крайне неприятное ощущение.

Он будто делал рутинную работу, не особо интересную, но необходимую.

— Бывают же совпадения, — кивнул я. — Какими судьбами в наших краях?

Я его не боялся. Думаю, я бы смог его вырубить. Или, по крайней мере, не дал бы вырубить себя. Сейчас он был явно не при исполнении. В штатском, в дали от места несения службы.

— С хера ли в ваших-то? — хмыкнул он. — Края это наши, исконные. Это ты здесь чужак, а я тут родился и вырос. Меня в городе каждая собака знает. Приехал вот мать-старушку проведать, гляжу, Жаров что ли? Пригляделся и точно Жаров.

Дай, думаю, догоню. Поболтаем о том, о сём, повспоминаем. Как в песне, вспомним наши встречи.

Вот сучёнок. Его я точно не ожидал увидеть в ближайшее время.

— Чёт я такую песню не припоминаю, пожал я плечами.

— Не ссы, я тебе спою, — усмехнулся он немного высокомерно, и мне это не понравилось.

— Споёшь когда-нибудь. Когда скучно станет, скажу. Ладно, некогда, нужно на работу идти.

— От работы кони дохнут. Ты ж на больничном, так что отдыхай спокойно. Никто и слова не скажет. Тем более, ты поступок совершил, подвиг, практически.

Девушку спас от хулиганов.

Пока продолжался этот короткий разговор, картина как-то резко поменялась. Сзади меня появилось трое кентов и за спиной Зубатого тоже выросли два не очень здоровых, но решительных бойца.

Их отличало то, как они смотрели. Холодные глаза, успели повидать разное, судя по всему. Так что моральные установки этих ребят были весьма расплывчатыми и гибкими. Как говорится, Гог и Магог.

Ситуация складывалась, мягко говоря, не в мою пользу и усугублялась наличием холодного оружия минимально у троих из этой ватаги.

— Давай только спокойно всё решим, — подмигнул Зубатый.

— Полюбовно, да?

— А мне решать с тобой нечего, — с усмешкой ответил я.

Ответил, но на сердце стало тревожно. Будто кошки заскребли, и холодком повеяло. Нехорошим холодком, я такой знаю. В тот раз, в Афгане то же самое было, будто замёрзло всё изнутри, а потом… бах! И красные бабочки полетели…

— Знаю, знаю, — кивнул мент. — Просто есть пара вопросиков. Ответишь и всё, пойдёшь, куда захочешь.

— Ты уже и так всё знаешь.

— Да, — подтвердил он. — Уточнить только кое-что и всё.