\

— Дай-ка, что там у тебя в сумке? Дай сюда, Сань…

10. За справедливость!

Школьная дружба — дело хорошее. Бывает, люди проносят её через всю жизнь. А бывает и по-другому. Никогда ведь не знаешь в какую колоду попадёшь и насколько причудливо судьба будет эту колоду тасовать.

Некоторые, выскочив из школы, больше никогда не вспоминают своих одноклассников. Случается, что подбираются в школьном классе люди настолько разные и не имеющие общих интересов, что стоит прозвенеть последнему звонку — тотчас вспорхнут, как вспугнутые птицы, и разлетятся по разным направлениям.

А ещё бывает так, что человек понятия не имеет, какие у него были отношения с одноклассниками в далёкой, основательно позабытой, школе.

Вот, например, как у меня с Костей Муромцевым.

Нет, я, конечно, повыспрашивал про него у бабушки, насколько это было возможным, чтобы не вызывать подозрения. Но пазл получился с бо-о-ольшущей нехваткой мозаичных элементов. С прорехами. Но я выяснил, что Костик всегда хотел тусоваться с нами, то есть со мной, Колобком и Женей, но Колобок его не жаловал.

— Это чё за подстава, Жар! — прорычал Сирота.

Я покрутил головой, пытаясь удостовериться, что чужие тут не появились.

Сам Ананас бы не попёрся из-за такой мелочи, но прислать кого-нибудь мог. Вроде всё было так же, как и пять минут назад. Я прищурился. Грязно-болотная «вторая» модель жигулей с тёмными стёклами стояла там же, где и стояла. Наблюдать из неё было бы удобно…

— Тише-тише, Сергей, — не глядя на напарника ответил я. — Не кипишуй, пожалуйста. Товарищ старший лейтенант, а вы нахрена палитесь? Я же просил незаметно подстраховать. А разве мент во дворе — это незаметно? Вас же бабульки срисовали анфас и в профиль, как Сталина и Маринку, на груди Владимира Семёновича.

— До чего ж ты занудный, Саня. Шуруй давай, пока местные менты не подкатили.

Для того, чтобы заполнить дыры в мозаичном портрете моего одноклассника Кости, вчера я позвал его попить пивка, и он с радостью откликнулся. Я аккуратно забрасывал удочку, а он радостно хватал наживку.

— Знаешь, я ведь с детства хотел быть сыщиком, — подвыпив признался он.

— И как, Кость, оправдываются твои ожидания?

— Блин, Сань… если честно, не полностью. Пока не полностью. Писанины столько, что рука отсохла уже, да и не дают мне дел нормальных пока.

А преступности, между прочим, меньше не становится.

— Да ладно, мне-то можешь не заливать. Вы всех блатных прижали перед Олимпиадой.

— Ну, да, есть такое…

— Сейчас не служба у тебя, а курорт

— Ага, курорт тебе. Положа руку на сердце, не всех мы можем прижать. Ограничений у нас столько, что мама дорогая! Если действовать исключительно по закону… Нет, я знаю, это правильно, так и должно быть, но я бы всех этих воров взял и сам лично покрошил из пулемёта.