\

— Саша!

— А то, может, ты ещё Мура позовёшь? Но я тогда тоже кого-нибудь приведу. А что, соберём коммуну и поедем на необитаемый остров, да? Любить будем друг друга, все вместе и по отдельности.

— Перестань.

— Жень, отдашь пакет Косте Муру, ладно? А то я завтра или в Верхотомск уеду или на Петровку загремлю. Я тут тачку угнал недавно, так что надо будет решать проблемы другого характера. Не матримониальные. Так что, отдашь?

— Отдам, конечно. Ну, подожди, не уходи! Всё совсем не так! Если мы будем с тобой, никаких Колобков в моей жизни не останется. Если ты не хочешь.

Если ты не хочешь? Жесть! Знала бы бабушка.

— Бабушка же не знает?

— Что? — не поняла Женя.

— Про Колобка.

Мы подошли к её подъезду.

— Ну, Саша!

— Вот и хорошо. Жень, правда, в ближайшее время мне не до этих дел будет. Да, и потом тоже. Если честно, мне кажется, тебе надо всю эту херню выбросить из головы и… найти нормального парня, не меня и не Колобка. Думаю, вокруг тебя мильон поклонников вьётся, так что выбери кого-то одного.

Она ничего не говорила и просто хлопала глазами, и глаза блестели от слёз, это даже в темноте было видно.

— Зайдёшь? — прошептала она.

— Нет, пойду сдаваться.

Я развернулся и пошёл ловить тачку на Комсомольском проспекте.

У моего дома стояла чёрная «Волга». Понятно. Ну, тут уж делать было нечего, уходить в бега не было ни возможности, ни смысла. Поэтому я подошёл к водительской двери и постучал в окно. Стекло на задней двери за водилой рывками поползло вниз.

— Тачку свою подобрали? — спросил я.

— Садись, — ответил голос Миши.

Обе передние двери открылись из них одновременно вышли две торпеды.

— Мне надо домой забежать, бабушку предупредить, а то она волнуется.

— По телефону предупредишь, — холодно бросил он. — Садись.

Я обошёл машину в сопровождении водителя и уселся рядом с Мишей.

— Поехали. Кузьмин, набери его номер, пусть с бабушкой поговорит.

Машина была оборудована кнопочным «Алтаем». Передний пассажир набрал номер и протянул мне трубку. Я подался вперёд, чтобы хватило провода.

— Ну ты где пропал⁈ — сердито обрушилась на меня бабушка. — Знаешь же, что не сплю, жду тебя!

Я поторопился её успокоить. Наврал с три короба и сказал, что вернусь…

— Завтра, — подсказал Миша.

— Завтра, — повторил я в трубку. — Ты не жди меня, ложись, пожалуйста, спать.

Приехали мы на Лубянку. Железный Феликс, кажется, смотрел мне прямо в глаза, намекая, что песенка спета. КПП, ворота, коридоры, кабинеты. Меня обыскали, достали бумажник и паспорт. А также командировочное.

— Присаживайся, — вполне дружелюбно предложил Миша, показывая на стул, стоящий рядом с его столом.

Кабинет был маленьким, тесным, с небольшим окошком, тюлевой шторой и давно не крашеными стенами.