\

Отвезу, раз пообещала.

— Я не один, со мной товарищ. Коллега по работе.

— Его тоже кормить надо?

— Нет, он на самообеспечении, — усмехнулся я.

— Хорошо. С кем там дела у тебя в Сочи? С Валентиной Мёрзлой что ли?

— Что вы, Белла Наумовна, зачем нам конкурирующая фирма? Мы все дела с вами планируем вести.

Она хмыкнула. Мёрзлая, так же, как и Белла, возглавляла трест ресторанов и работала с неменьшим рвением, да ещё и в связке со вторым секретарём горкома партии, своим мужем. В общем, ОБХСС и прокуратуре будет, чем заняться.

На ужин Белла не явилась из-за неожиданно нагрянувшей делегации ВЦСПСП, так что заниматься мной стало некогда и неинтересно.

Тем не менее, меня накормили в ресторане «Геленджик» и повезли в Сочи на чёрной волжанке. По пути мы заехали за Сиротой, успевшим съехать с нашего жилища и помчали по ночному, выматывающему кишки, серпантину.

Поскольку программу по Белле мы выполнили с «опережением графика», у меня высвободилась пара дней на то, чтобы поваляться на пляже. Элла обрадовалась, и мы отчаянно отрывались в ритме прибоя, вечернего джаза и равномерных движений ночной любви.

Мы валялись на пляже, распростёршись на горячей гальке, как морские котики.

И, как эти же самые котики, были окружены неисчислимыми стадами себе подобных на берегу и в воде.

Сирота мотался на рынок и мы активно витаминизировались. Уже пошла черешня и клубника. И шелковица. Только её мы рвали прямо с деревьев, растущих на улицах. Чёрные нежные ягоды таяли и во рту, и в руках, подчёркивая чудесную сладость и скоротечную эфемерность момента.

Сирота сорил деньгами, вызвав на поединок зелёного змия, так что пришлось его буквально силой наставлять на путь истинный.

«На югах», конечно, было немало ребят, сливающих свои годовые заработки, но лишний раз привлекать к себе внимание не стоило.

В общем, компания в которой мы с Эллой оказались, была немного странной. Вид татуировок на перекрученном жилистом теле моего приятеля, блатные словечки, то и дело проскакивающие в речи, молчаливо-покорная, но светящаяся тихим счастьем Люба — всё это вызывало интерес моей невесты и было для неё чем-то забавным, давало свежие эмоции и новый опыт.

Наконец, завершив отдых, мы отправились с ним в Краснодар. Элла полетела в Москву, а тихая Люба осталась у моря дожидаться своего суженого.

В Краснодаре у меня был на Сироту план. У него были знакомства среди бывших сидельцев, ведущих активную «трудовую» деятельность на Кубани. Это и было нужно.

В общем, мы прибыли в гостиницу «Кавказ», далеко не самую шикарную, но вполне себе ничего. Построенная по типовому проекту, она напоминала сотни других точно таких же гостиниц, как в Верхотомске, Новокузнецке и множестве других городов Союза.

— Эх… — с сомнением покачал головой Сирота.