Забракованные

— Он приставил к тебе жену-наблюдателя. Он стал вызывать тебя к себе на допросы в три раза чаще, чем раньше. Он отпугнул или настроил против тебя большую часть деловых партнеров… Это же никогда не закончится.

— Закончится, — не согласился Рэймер. — Рано или поздно.

Хорошо бы все же с его смертью, а не со смертью того, кого он прячет.

— Рэйм! — Дрейден практически взвыл. — Это же годами проверенная тактика: он не столько ждет сведений со стороны, сколько загоняет тебя в угол, чтобы заставить начать совершать ошибки. Если ты дашь ему то, что он хочет, добровольно, можно выторговать у него неприкосновенность.

Монтегрейн хмыкнул, одарил друга оценивающим взглядом, потом невесело ухмыльнулся.

— Предлагаешь мне стать предателем?

Глаза собеседника вдруг вспыхнули.

— Кого, Рэйм?! — Крист в сердцах саданул по столу ладонью. — Конрад мертв уже пять лет. То, что он связал тебя обещанием, с его стороны было настоящей подставой. Ты знаешь, я это знаю и черт-те сколько лет держу свое мнение при себе. Но тебе не кажется, что ваша дружба в принципе всегда была в одностороннем порядке? Сколько у тебя проблем из-за него? Всю жизнь и до сих пор, а?!

Рэймер молчал, хмуро глядя на вспылившего Дрейдена.

Что ж, нужно отдать ему должное: если он действительно все это время так думал, то высказался о покойном принце плохо впервые.

— Спасибо за честность, — спокойно сказал Монтегрейн, когда Кристис замолчал. — Но, говоря о предательстве, я имел в виду уже не Конрада.

Дрейден скрипнул зубами.

— Да с чего вы с ним взяли, что король и его новый наследник станут убивать бастарда?!

Примерно то же самое Рэймер сам сказал принцу, когда его ребенок только-только родился.

Знал бы он тогда то, что знает сейчас…

— Станет, — ответил коротко и первым отвел взгляд.

Кристис знал многое, в том числе и то, что чуть меньше пятнадцати лет назад возлюбленная Конрада родила ему ребенка и скончалась при родах. То же было известно и Блэрарду Гидеону. Только, в отличие от Гидеона, Дрейден был лично знаком с этим ребенком. А Гидеон в свою очередь, в отличие от Дрейдена, знал кое-что еще, о чем Рэймер не собирался рассказывать другу, чтобы не утащить его за собой ещё глубже.

Кристис выругался вполголоса.

— Дружище, — вздохнул, откинувшись на спинку и проведя ладонью по лицу, — я просто не хочу, чтобы тебя убили. Если Амелия догадается и сообщит Гидеону…

— Не сообщит, — покачал головой Монтегрейн.

И Дрейден с загоревшимся взглядом подался вперед, зажав ладони между колен.

— Ну-ка, ну-ка, я еще чего-то не знаю?

Рэймер кивнул.

— Думаю, мы сумеем договориться, и она сообщит Гидеону то, что нам будет выгодно.

Кристис изумленно моргнул и замер, обдумывая услышанное.