Забракованные
Цикл: Перворожденный-Забракованные — общий мирВ тексте есть: вынужденный брак, любовь и магия, несчастный бракВ высшем обществе браки совершаются по расчету. Юной Амелии повезло: отец был так великодушен, что предложил ей выбрать из двух подходящих по статусу кандидатов. И, когда выбор встал между обходительным, улыбчивым Эйданом Бриверивзом, прекрасным, словно ангел, сошедший с древних гравюр, и мрачным Рэймером Монтегрейном, к тому же грубо обошедшимся с ней при первой встрече, девушка колебалась недолго.Откуда Амелии было знать, что за ангельской внешностью скрывается чудовище, которое превратит ее жизнь в ад на долгие пятнадцать лет? Могла ли она подумать, что со смертью мучителя ничего не закончится?В высшем обществе браки совершаются по расчету не только в юности. Вдова с блестящей родословной представляет ценность и после тридцати, а приказы короля обсуждению не подлежат. Новый супруг Амелии — тот, кого она так сильно испугалась на своем первом балу. Ветеран войны, опальный лорд, подозреваемый в измене короне, — Рэймер Монтегрейн, ночной кошмар ее юности.
Ничего…
Совершенно ничего!
Он просто дышал.
Овощ — так писали в книге.
Давя полный отчаяния всхлип, она уткнулась ему в шею, туда, где все так же ровно билась пульсирующая жилка, обняла до хруста в собственных руках и затихла, потому как иначе завыла бы не тише Ланы, когда Кристиса пронзили мечом.
Сегодня? Это произошло сегодня, а кажется, миллион лет назад.
— Ты мне угрожаешь? — рычал Сивер.
— Я тебя предупреждаю. — В отличие от принца, из-под носа которого уплывала корона, Гидеон был пугающе спокоен и даже не ерничал в своей привычной манере — был холоден и зловеще серьезен.
— Ты не посмеешь, — впрочем, голос лженаследника звучал уже не так уверенно."
"— Уже посмел, — повторил Гидеон. — Коридор за этой дверью полон моих людей.
— Думаешь, я не понимаю, что ты сразу же пустишь меня в расход? — усмехнулся Сивер.
— За истинным наследником. А вы, к счастью, не он, — все так же спокойно возразил Гидеон.
— Не посмеешь! — вскричал принц в третий раз. — И убить меня не посмеешь. И даже не мечтай, что это сойдет тебе с рук. Монтегрейн тоже думал, что может насмехаться надо мной в свое удовольствие. Видишь, что с ним стало?!
Амелия медленно разжала руки, бережно прислонила Рэймера обратно спиной к стене — его голова вновь безвольно повисла — и не спеша поднялась на ноги.
— Монтегрейн уже поплатился, придет и твой черед! — от бешенства брызгая слюной в лицо собеседника, орал Сивер.
Мэл сделала к нему шаг, ещё один.
Он заметил ее, скривился.
— А ты что?..
Принц не договорил. Она резко выбросила вперед руку и прижала ладонь с растопыренными пальцами к его груди между распахнутыми полами плаща.
Сивер шарахнулся, но было уже слишком поздно. Схватился за грудь и рухнул на колени, смотря на Амелию совершенно безумными от боли глазами.
















