\

Глядя на нее спереди, он просто не заметил, что все настолько плохо. Кажется, метаморф ударил ее сразу всеми лапами с двадцатью отточенными до бритвенной остроты когтями. Инстинктивно вцепился, вогнав их глубоко под кожу, а затем не удержался и буквально съехал вниз, срезая кожу, будто ножом. Неудивительно, что девчонка не может даже пошевелиться — во время болевого шока люди могут долго не замечать, что потеряли руку или ногу. А то и меч в собственной груди не почувствуют. Странно, что она еще стоит на ногах.

Он подавил рвущееся наружу ругательство и так же сухо велел:

— Садись.

Не помогло: Айра не сдвинулась с места. Ему пришлось усаживать ее самому, а затем торопливо ощупывать изуродованную спину, опасаясь, как бы от боли ученица не начала биться в истерике или, упаси Всевышний, снова не потеряла сознание.

— Сейчас будет неприятно, — хрипло бросил он, но Айра снова не услышала — невидящим взором смотрела только перед собой и все так же странно вздрагивала, словно изо всех сил удерживала бьющийся внутри крик. А когда маг приложил к израненной спине теплую сухую ладонь, даже не пошевелилась. Хотя, как ему показалось, все же заметила.

 — Потерпи, это недолго.

Она неожиданно кивнула, но так слабо, что он не был уверен. И все то время, пока кожу немилосердно жгло исцеляющее заклятие, просидела в неестественной позе, судорожно вцепившись в крыса и до крови прикусив губу. Лишь когда маг закончил, а на спине не осталось ни крови, ни ран, ни шрамов, она будто всхлипнула, содрогнулась всем телом и внезапно согнулась пополам.

— Спасибо, малыш…"

"Мастер Викран замер, услышав этот сдавленный шепот, но она больше ничего не сказала — так и сидела, уткнув нос в серую шерстку, и, кажется, беззвучно плакала.

А когда нашла в себе силы снова выпрямиться, то даже не обернулась, будто забыла о том, что в комнате есть кто-то еще.

Мастер Викран какое-то время стоял, отирая о кусок простыни испачканную руку. А затем всмотрелся в лиловую прядь на ее голове, которая наконец стала видна целиком, медленно наклонился и осторожно ее высвободил, пройдясь пальцами от макушки до самых кончиков волос.

Затем так же молча взглянул на притихшего метаморфа, невольно сравнив лиловую полоску на его мягкой шкурке.

Припомнил, что и у волчицы видел именно такую. На какое-то время задумался, перебирая в ладони шелковистый локон, но вдруг почувствовал на себе пристальный взгляд и, вздрогнув от неожиданности, быстро поднял голову.

Метаморф сидел на руках хозяйки совершенно неподвижно — некрупный, все еще взъерошенный, с чуть приподнятой шерсткой на загривке. И смотрел на задумавшегося мага остро, внимательно, неотрывно и так недобро, что охранитель выпустил непослушную прядку и позволил ей упасть хозяйке на спину.