\

— Почему?!!

— Самки неприкосновенны, — непреклонно заявил Керг и снова выжидательно посмотрел на девушку. Все с той же мольбой в глазах, непонятной надеждой и искренним раскаянием, которое было трудно ожидать от этого самоуверенного и хамоватого громилы. — Ты неприкосновенна тоже. Всегда. Везде. Человеком или волчицей. Пожалуйста, возвращайся. Пожалуйста… мы очень просим. Вся стая сейчас просит: приходи!

Айра опасливо поежилась.

— Я-а-а-а… пока не могу! — неожиданно пришла ей в голову спасительная мысль. — У… у меня Кер еще слабый. Ему трудно сохранять другой облик!

Из ближних кустов донеслось глухое ворчание.

А затем и глаза недобро сверкнули — холодно, оценивающе, с угрозой. Крупные глаза. Явно не крысиные и не собачьи. И горела в них такая ядовитая сирень, что Айра едва не свалилась со скамейки. А затем посмотрела на виара глазами друга и окончательно струхнула: у метаморфа перед внутренним взором плавал сплошной кровавый туман, в которой хорошо различимой была только одна внятная мысль — защитить. Любой ценой ее защитить.

— Кер! — ахнула она и мигом кинулась в ту сторону.

 — Кер, стой! Нельзя! Не трогай его!

Кровавый туман перед глазами мгновенно рассеялся, в кустах что-то тихо зашуршало, а когда девушка выбралась на соседнюю дорожку, с трудом продравшись сквозь колючки и шипы, на траве сидел самый обычный, только очень несчастный крыс, который почти вернулся к прежним размерам.

— Господи, что ж ты делаешь? — Айра с разбегу подхватила его и прижала к груди. — Нельзя же! Нам еще неделю восстанавливаться, не меньше! Ну, что ты творишь, глупый? Не съедят они меня, понял? Теперь уже не съедят…

Крыс тихо всхлипнул и юркнул куда-то под мантию, забившись носом под мышку и странно притихнув.

Кажется, он тоже дрожал от пережитого. Едва не перешагнул опасную грань и теперь остро сожалел, что едва не подвел хозяйку.

— Тихо… тихо, мой хороший, — прошептала Айра, доставая перепуганного зверька наружу. Осторожно чмокнула холодный нос и улыбнулась. — Больше нас никто не обидит.

— Он смелый, — со странным выражением проурчал Керг, внезапно появляясь рядом. — Против мастера Викрана и стаи… он понравился стае.

Айра только отмахнулась.

— Да ну вас… с вашей стаей. Не видишь: он еще слаб.

— А когда он поправится, ты придешь? Пожа-а-алуйста? — с надеждой заглянул в ее лицо виар, и девушка снова поразилась тому, как ярко горят его глаза. От Керга пахло зверем. Волком. Вожаком. Да так, что девушка даже поежилась, неожиданно смутилась, а потом на всякий случай спросила:

— А вы кусаться не будете?

— Нет, — хмыкнул виар, нависая сверху тяжелой горой. — Если только сама не попросишь.