\

А затем со злым ликованием выливается в море и заставляет проклятый туман со злобным шипением отступить.

Айра очнулась оттого, что кто-то ласково гладил ее по щеке и осторожно баюкал, словно заботливый и преданный друг. Вокруг было темно, но сквозь шелестящее зеленое покрывало смутно проглядывало ночное небо с крохотными точками звезд. Терпко пахло цветочным соком. Со всех сторон шевелились и осторожно переплетались тугие ветви, из ладоней осторожно выходили острые шипы, и, кажется, именно это движение ее разбудило.

— Шипик? — хрипло спросила девушка, придя в себя.

Вместо ответа ее снова обняли, как самое дорогое в мире существо. Как мать, как сестру, как долгожданную возлюбленную. И это было так неожиданно, так трепетно, что после недавней пытки Айра не выдержала и снова беззвучно заплакала, зарываясь в игольник как можно глубже, чтобы никто не увидел этих вымученных слез.

Однако и сейчас что-то тревожило ее внутри. Какая-то мысль, чье-то незримое присутствие, от которого словно холодком по спине потянуло. И это ощущение оказалось так настойчиво, что она торопливо вытерла лицо и настойчиво потянула за ветви, пытаясь понять, когда и каким образом она тут оказалась.

— Кер? — слабо позвала Айра, пытаясь выпутаться из игольника. — Шипик, пусти. Кер? Где ты?

Заслышав писк, она торопливо выбралась наружу, едва не упав при этом от слабости. Завидела тяжело дышащего крыса, которого Шипик бережно опустил на землю, и с тихим вскриком кинулась к нему. А потом увидела рядом еще одно распластанное тельце и, не успев прижать измученного крыса, с горестным стоном рухнула на колени."

"— Зорг! Неужели еще и тебя?!

Пустынный дракон выглядел так, словно его много часов методично избивали.

Длинные иглы на его спине оказались обломаны, крупные чешуйки на боках побурели. Когти выглядели так, словно он неистово скреб ими пол, пытаясь откуда-то выбраться. А потом долго полз, с трудом подтягиваясь на ослабевших лапах и не дотянув до спасительного игольника буквально пары шагов.

Айра со всхлипом подобрала с земли ящера и обернулась к стене, возле которой каким-то чудом оказалась. Хотела попросить Шипика или Иголочку помочь обоим, но увидела, в каком они виде, и в ужасе замерла: кирпичная стена перед ней оказалась оголена на две трети.

Игольник почернел, ссохся, будто кто-то заживо выпил из него все соки. Его ветви свернулись сухими тростинками и больше чем наполовину, обломились. Гибкие стебли пожухли. Листья опали. И только острые шипы на совершенно сухих ветвях доказывали, что еще пару часов назад здесь шелестела настоящая крепость.

— Мамочка… да что же это?! — прошептала Айра, в панике обшаривая взглядом стену.