\

Боевому метаморфу — тем более, поэтому его внешний вид был вполне объясним. Цвет шерсти он не стал менять. Хвост опущен вниз, значит, Кер готов к немедленному бою. А вот глаза у него стали другими, звериными, да выразительный, излишне резкий запах однозначно говорил: самец.

На этот раз Кер пришел один. И стоило черному приблизиться, как он немедленно принял угрожающую позу, обнажил внушительные клыки и тихо, предупреждающе зарычал.

«Назад! — тут же хлестнул властный глас вожака. — Не сметь. Место!»

Кер зарычал громче, инстинктивно прижимая уши к голове. Его звериная суть испытывала сильное желание подчиниться, однако память повелевала напасть.

Требовала крови, мести. За себя, за изможденную хозяйку, которую он оставил в хранилище, за боль, унижение, пережитую слабость. И лишь когда голос вожака прозвучал еще раз, требуя подчинения, он неохотно уступил.

«Хорошо, — удовлетворенно рыкнул вожак, едва новичок лег на живот и смиренно опустил морду. — Ты не глуп. А теперь вставай. Идем со мной».

Метаморф прищурил вспыхнувшие ненавистью глаза и промолчал, однако стоило черному повернуться спиной, как инстинкты взяли свое — бесшумно оскалившись, он напружинил лапы, собираясь напасть.

Но тут вожак резко обернулся и молниеносно ударил. Причем не только всем телом, но и магией.

На опрокинутого Кера внезапно навалилась такая тяжесть, что ему стало нечем дышать. Свет в его глазах померк, что-то с силой перехватило горло, а потом все тот же ненавистный голос сообщил:

«Еще одно ослушание, и вы будете наказы оба. Вместе с хозяйкой. Ты понял?»

Кер захрипел, когда чужие челюсти сжались на его глотке.

«Ты меня понял?! — хлестнул по нервам бешеный рык Вожака. — Вздумаешь поднять голову еще раз, я накажу и ее! За то, что не сумела научить смирению!»

Метаморф заскулил, безвольно обвиснув, и челюсти тут же разжались, после чего вожак швырнул его наземь, презрительно вздернул верхнюю губу и наконец потрусил прочь, не сомневаясь, что усмиренный новичок покорно последует за ним.

И действительно: едва отдышавшись, Кер неуверенно поднялся на ноги и, подчиняясь неизбежному, направился следом. Нагнав вожака, он двинулся чуть поодаль, не смея забегать вперед, а когда вышел на знакомую поляну, где восторженно взревела сразу вся стая, неуверенно замер.

«Айра! — на полсотни голосов взвыли виары. — Айра, почему так долго?! Где ты была?! Что слу…»

«Тихо!» — рявкнул Седой, и стая послушно притихла."

"Кер поежился, когда в него уперлось несколько десятков взглядов, а виары жадно втянули ноздрями воздух. Сперва — с нетерпением и надеждой, потом — недоуменно и наконец — разочарованно.

— Уа-а-у-у! — первым распознал подмену Керг и вздернул мохнатую морду кверху, жалуясь на обман.

— У-у-у! — невесело согласился с ним рыжий волк.