\

Но уточнять не стал — за полгода класс уже сплотился, заимел свои шутки и присказки, так что он еще долгое время не будет их понимать и из-за этого чувствовать себя чужаком. Однако взгляд черноголового ему откровенно не понравился — слишком уж пристальный, оценивающий. С таким надо держать ухо востро. Нож, может, в спину и не воткнет, но гадостей способен наговорить столько, что взвоешь.

— Ладно, пошли, — махнул этот тип. — Хоть сегодня и первый день, но от де Сигона влетит, если опоздаем. Эй, новичок! Надеюсь, ты что-нибудь выучил? А то гляди — если ля Роже прознает, что ты не знаешь, сколько камер у сердца лягушки, проклянет так, что отца с матерью забудешь… говорят, у вас, в Аргаире, это изучают еще в раннем детстве!

Вэйр наклонил голову и сделал мысленную зарубку в памяти: с чернявым надо быть осторожнее.

И стоило бы выяснить, за что он взъелся на лера ля Роже и почему Аргаир не дает ему покоя.

* * *Первый урок прошел для него вполне сносно: лер де Сигон провел урок как обычно, ничем не показав, что заметил новичка, хотя вопрос по теме, конечно же, задал.

Вэйр немного замешкался с ответом, потому что не привык подниматься из-за неудобной парты, но ответил все, как полагалось.

Потом ему пришлось целый час переписывать в тетрадь новые формулы, старательно запоминая их прямо во время урока. Затем последовал черед практики, где пришлось показывать куратору, что он вполне справляется с Озарением. После этого снова последовали объяснения, разъяснения, дополнения…

Класс шушукался и волновался, то и дело оглядываясь на новичка.

Особенно старались девушки, с любопытством изучая симпатичного паренька и то и дело косясь на его шрам.

Дело дошло до того, что лер де Сигон ядовито поинтересовался, не следует ли ему пригласить нового ученика на свое место, чтобы прелестные барышни вдоволь насмотрелись. И не устроить ли ему зачет по практической магии, раз уж класс сегодня так активен.

После этого шушуканье наконец прекратилось и косых взглядов стало гораздо меньше. Однако, выходя из класса, Вэйр постоянно чувствовал на себе внимание одноклассников, хотя ни один из них так и не рискнул к нему подойти.

Лер ля Роже, против ожиданий, ни про каких лягушек не спросил — его урок был посвящен круговороту воды в природе, так что лер Сухарь велеречиво провещал положенные два часа и, кажется, даже не заметил, что народу в классе прибавилось.

На обеде Бэйру снова пришлось остаться в одиночестве, потому что остальные адепты умчались перекусывать в парк. Сам он дороги туда не знал, поэтому, банально опасаясь заблудиться, никуда не пошел.

Затем наступил черед урока с лером Иберией, и вот тут-то преподаватель не обошел вниманием появившегося в академии юношу.