\

 — Знал я, что Эиталле делает из эльфов форменных идиотов, но ты же человек! Борись!

— Зачем?

— Затем, что ты жив ровно настолько, насколько сам этого желаешь!"

"— А если я не желаю?

— Тогда ты еще больший дурак, чем я думал! — окончательно взбеленился Марсо, а потом отвесил равнодушному охранителю сочную оплеуху. — Ты нужен ей! Так что очнись и помоги, болван! Ты убьешь ее, слышишь, Викран?!

Викран дер Соллен вздрогнул и прошептал:

— Я и так ее убил.

— Нет, демон тебя забери! Это было необходимо! Это спасло ей жизнь!

— Ты не понимаешь…

— Я все понимаю! — зарычал Марсо, в бессильной злости сжимая кулаки, после чего с безумной надеждой обернулся к Перводереву.

 — Проклятие… Айра! У меня тоже есть просьба!

Девушка, переведя взгляд на заметавшегося призрака, неуловимо нахмурилась:

— Ты?

— Я тоже пришел сюда живым! Мой дух еще жив, хоть и без тела! Я говорю, мыслю, переживаю, сомневаюсь и даже боюсь! Я все еще человек! Все еще жив! Несмотря ни на что!

— Да, — вынужденно согласилась она. — Что ты хочешь?

— Верни мою силу! — истово выдохнул Марсо, заставив лера Альвариса изумленно вскинуть брови.

 — Верни то, чем я владел перед смертью! На несколько минут! Хотя бы на миг! А взамен забери все годы, что мне еще остались! Я прошу тебя… умоляю: позволь стать хотя бы на пару мгновений прежним!

— Хорошо. Но позже, — чуть кивнула она. — Сперва пусть получит он. Затем — они. И лишь потом — ты.

Лер Альварис торжествующе усмехнулся:

— Прости, Марсо. Кажется, на этот раз ты станешь последним. Давай, Сердце! Я готов принять твою силу прямо сейчас!

— Исполнено, — тихо выдохнула Айра, выпустив изо рта облачко сиреневого тумана, а затем легонько дунула в сторону мстительно прищурившегося архимага.

 — Вот твоя сила. Держи.

ГЛАВА 20

На мгновение люди окаменели.

Вырвавшись из Перводерева, туман растекся во все стороны, заполонил собой все доступное пространство, окутал магов сперва по щиколотки, затем поднялся до колен, до пояса, затем настойчиво коснулся груди. Наконец торжественно опутал смертных с головы до ног, скрыв торжествующую усмешку Альвариса, его беспокойно переглянувшихся подельников, неподвижную фигуру Викрана дер Соллена и полную ужаса физиономию Марсо.

Осознав свою ошибку, призрак глухо застонал: Айра больше не была той девочкой, которую он знал.

В ней сосредоточилась вся сила этого мира. Но Сердце не умеет различать добро и зло. Оно живет нечеловеческими категориями. И поступает как высшее, незнакомое с сомнениями или жалостью существо. Странное, чуждое, знающее неизмеримо много, но при этом не умеющее отличать хорошее от плохого.

— Да-а… — донесся до Марсо неистовый шепот бывшего друга, в тело которого с огромной скоростью начал втягиваться разошедшийся по поляне туман.