\

 — Зато огонь живьем глотать и кидаться на людей очень любит!»

— … Нельзя смотреть драконам в глаза, — неожиданно проснулся в ее голове внутренний голос. Снова мужской и снова хрипловатый, будто у простуженного на лютом морозе бойца. — Говорят, когда они жили на Зандокаре, то именно так отбирали волю у дураков-магов, желавших вырезать им сердце и завладеть их силой. Сказывают, что именно из-за этих болванов разразилась первая Катастрофа: вроде как они сами пожелали стать драконами… бр-р! Как подумаешь, чем это могло закончиться, так в дрожь бросает. Только представь: маг, владеющий силой дракона! Сильнейший! Непобедимый! Способный расколоть землю одним чихом! Как считаешь, Ковен позволил бы такому магу жить?

— Так он, навроде, сильнейшим бы стал, — непонимающе возразил второй голос, помоложе и поробее. — Чего ему наш Ковен?

— Пыль одна, это верно, — согласился первый. — Но представляешь, сколько бы они порушили, пока выясняли, кто сильнее? То-то и оно. Так что хорошо, что драконы ушли. И хорошо, что после них ничего, кроме Занда, не осталось, хотя, конечно, от второй Катастрофы нас это не спасло.

— Вторая Катастрофа — это та, что была последней?

— Точно. Как видно, ничему после первой маги не научились. Ни у эльфов, ни у гномов, которые с того времени в свои норы попрятались и даже думать забыли о драконах. А у нас, к сожалению, дураки как рождались, так до сих пор и рождаются, готовые развалить весь мир по камешку, лишь бы стать чуточку сильнее. И если кто-то когда-нибудь доберется до Занда, то будет нам всем новая Катастрофа… последняя. Правда, надеюсь, до того времени мы с тобой, брат, не доживем.

— Что-то не так? — вопросительно приподнял брови маг, видя, что Айра упорно пялится в пол.

Она помотала головой.

— Нет, лер.

— В таком случае поднимите глаза, и закончим на этом, леди. Вы еще должны успеть сегодня с Озарением, и мне бы не хотелось портить урок из-за того, что вы слишком нерешительны.

— Трусиха! — презрительно бросил кто-то из-за спины. Тихо, конечно, почти на грани слуховых ощущений, поскольку даже Асграйв не рискнул бы раздражать строгого преподавателя, но Айра все равно услышала. И, наконец решившись, осторожно взглянула в алые зрачки пустынного дракона. Всего на миг, на краткое мгновение, на долю секунды, за которую он, конечно же, не мог успеть на нее фыркнуть, плюнуть или показать толстый зад.

«Только попробуй! — сердито подумала про себя. — Только посмей сделать какую-нибудь гадость — я тогда тебя…»

У ящера вдруг расширились глаза и встопорщился гребень на спине. Причем весь, от макушки до кончика длинного хвоста, мигом превратив дракона в жутковатого ежика, ощетинившегося целым арсеналом невероятно острых иголок.