\

Что-то непонятное и почти неуловимое. В уверенном, спокойном взгляде, которым она смотрела на Занд. В следах от портала, которые он самолично разыскивал и еще тогда поразился, что столь мощная воронка не оставила за собой ни единого следа. Если бы тут был замешан чародей уровня архимага, он бы еще мог понять подобную странность. Но девчонка…

Мастер Совенарэ свел красивые брови на переносице.

Любопытная девочка. Но зла в ней нет. Неудивительно, что Викран заинтересовался: такой талант надо лишь правильно огранить, и магичка из нее получится превосходная. Однако даже не в этом дело: что-то в ней есть еще.

Словно существует какая-то невидимая граница, что отделяет ее от остальных учеников. Цепляет взгляд и заставляет невольно искать причину этих несоответствий."

"А потом он удивился еще больше, потому что неожиданно понял, что и побратим неустанно следит за ней краем глаза. Держится подчеркнуто поодаль, но так, чтобы ни на миг не терять из виду. Сам ведет степенный разговор со старым другом, но нет-нет да и скользнет взглядом по ее спокойному лицу. А иногда даже кажется, что в эти моменты его мысли ненадолго убегают от темы разговора.

Мастер Совенарэ присмотрелся к необычной ученице повнимательнее.

Надо же, какая чистая у нее Земля. Такое нечасто встретишь даже среди Высоких, а для человека подобный дар вовсе редчайшая драгоценность. И почти все маги, имеющие врожденную склонность к Земле, еще со времен откровений Иберратуса по вполне определенным причинам находились под пристальным наблюдением.

Эльф снова незаметно взглянул на идущего рядом побратима, но во второй раз перехватил его напряженно ищущий взгляд и нахмурился.

Странно: Викран беспокоится, несмотря на заверения, что опасности нет.

Причем беспокоится не за себя: свою жизнь он никогда не ценил и вряд ли за прошедшие семь лет сильно изменился. Странно другое: он ни разу не спросил о Ковене; старательно избегает разговоров на тему академии; ловко уходит от вопросов касательно своих учеников и еще быстрее уводит разговор от новой ученицы.

Но в то же время он кажется гораздо более живым, чем в прошлый приход. Он снова начал улыбаться. У него загорелись глаза. Стал ясным некогда мертвый взгляд. Он даже рискнул появиться в Тоироэ.

Да и то, как он сейчас смотрел на границу Занда – уже не стискивая кулаки, не мертвея душой, не сжимая до боли челюсти, говорило о многом.

Викран изменился.

Как бы тщательно ни старался он это скрыть, но действительно изменился. И нужно быть идиотом, чтобы не связать эти изменения с шумихой вокруг нарушения Викраном границы Охранных лесов, внезапным интересом самого лера Шэриана и Ковена магов, а также временем, в течение которого Викран не только пребывал внутри Занда, но и остался жив.