Генерал Скала и сиротка
Скандально, но что-то в этом есть! Я и мои две сестры, по приказу короля-завоевателя выезжаем в столицу. Порочный и циничный незнакомец принимает меня за служанку, а затем за младшую наследницу, незаконнорожденную. И приходит в ярость от моего решительного отказа на его неприличные притязания.Каково же мое удивление, когда мы встречаемся во дворце, куда по приказу его величества прибыли наследники покоренных герцогств и княжеств.
Ради Ракхота, шли бы вы мимо!
К моему расстройству, в то время как несчастный Озра, краснея и заикаясь, пытался что-то объяснить, к нам подошел и младший.
— Хани? — первую секунду узнавания Людвиг выглядел немного смущенным, даже попытался сбросить с локтя какую-то прелестную блондинку, но затем обнаружил вместе со мной виконта и мгновенно растерял милую сконфуженность. Он стал неприятно серьезен. — Я недавно слышал весьма опасные слухи, думал, вы придете спросить моего совета. И что вижу? Вы куда собирались уйти?
Похоже мне собираются устраивать прилюдный допрос.
"Пришлось вгонять искры в ноги, животные каким-то образом чувствуют и побаиваются магию. По крайней мере Байхар внезапно точно все осознал, заткнулся и попятился немного.
Пока я отвлеклась и задержалась с ответом буквально на пару секунд, в разговор, наконец, влился лэр Когош.
— Мы… хотели выйти и потренироваться.
Жадно слушающие нас придворные потрясенно ахнули. Быстрее заработали веера, поплыли шепотки.
Я едва не закрыла глаза рукой. Что он несет?! Выйти с ним… вечером! Сбежать с вечеринки! Остаться наедине! Любой из этих пунктов даже по одиночке звучит ужасающе порочно… Моя репутация прямо сейчас несется с обрыва с безмолвными криками: «А-а-а».
— Надо же… Как активно лэра взялась за занятия, — процедил Людвиг, сверкнув глазами.
Проклятие! Еще раз проклятие! Что он говорит?! Намекает, что я пошла по рукам? Да как он смеет! Я сжала кулаки, готовясь отчитать его. Уж лучше испортить отношения с королевской семьей и признаться в том, кто я наследница, чем разрешить расползтись слухам, которые превратят меня в неприкасаемую.
— Так и есть, — прозвучал спокойный, но все равно зычный голос. Я вздрогнула, узнавая хрипловато-низкий тембр.
Волна облегчения обрушилась на меня, плечи расслабились. Я повернула голову. Пронзительно голубой взгляд смотрел с легким сочувствием, словно он обнаружил меня барахтающейся в грязной луже и чувствует себя обязанным подать мне руку.

















