Генерал Скала и сиротка

Никогда бы не подумал, что услышу старое штурмовое ругательство от юной особы в тиши дворцовой библиотеки. Надо будет серьезно поговорить с Гектором, кхм… И насчет короля… Кучеряшка, у короля и мысли не было, что я тебя просто обнимаю. Наш сюзерен абсолютно убежден, что я уединился для полноценных любовных утех с ветреной дебютанткой или нашел новую содержанку. В любом случае, он тебя не видел и все получилось отлично. Эдгардо довольно мстителен, когда доходит до его коллекционных или игровых пристрастий. Как и все выходцы семьи Кондегро.

— Любовных утех? — с закипающим возмущением повторила я.

— А почему нет? Стать моей официальной любовницей — большая удача, и не только для бастардов, но и родовитых лэр, — сообщил маскарадный «генерал». И скупо улыбнулся.

— Но содержание тут при чем?

— Это не главное, конечно, но я щедр на дары и ежедневную денежную поддержку.

Он говорил спокойно и уверенно, словно сообщал общеизвестные истины. До меня вдруг дошло, что мы продолжаем стоять неприлично близко, а рука Форсмота продолжает лежать на моем непонятно когда приподнятом колене. И не просто лежит, а мягко его поглаживает."

"— То есть… вы намекаете… — мне пришлось облизать губы, слова с трудом выговаривались пересохшим ртом.

— Девочка, давай мы отложим этот разговор… пока не пройдет первый тур. Ты в нем скорее всего проиграешь, но сделаешь это красиво, без привлечения ненужного внимания. И уже через день я смогу объявить о прекращении ученичества. После этого…, — он нагнулся и коснулся носом моих волос, делая глубокий вдох, — поговорим. Но не сейчас. Не обижайся.

Я рванулась, ловя ртом воздух. Он тихо рассмеялся в своей хрипловато-бархатной манере. Игнорируя мои трепыхания, будто вообще их не ощущал.

— Решу вопрос с королем и вечером потренируемся, — продолжил он, отпуская мою ногу. — А звезда — хорошая, мне понравилась.

Мне только что, пусть и в дипломатичной форме, но сделали неприличное предложение. Добродушно и снисходительно, практически облагодетельствовали.

Я набрала воздух и — медленно выпустила, уже не пытаясь трепыхаться в его железных объятиях. Да кто я такая со своей первой звездой против Мастера Созвездий? Все равно что хомяк, решивший героически остановить карету. Я прекрасно помню, как билась в конюшне и не могла его подвинуть хоть на миллиметр. Но даже если физически сейчас не сладить… у меня есть голос и гордость, иногда они лучшие щиты для юной лэры.

— Ты такой величественный в этом белом костюмчике, — мягко начала я, погладив по сукну, подергав за пуговицу. Он мне сам давал разрешение обращаться на «ты», тем более мы так неожиданно «близки», кому как не мне сейчас фамильярничать.