Геном хищника 4

— Сутки, — кашлянул Датч. — Плюс-минус.

Надеюсь, что плюс-минус часы, а не сами же сутки. Я как-то моментально взмок, чувствуя нетерпение шакраса. Не нравилось ему, что мы враз стали такими тяжёлыми и медленными. Я выдохнул и снова подхватил Датча. Дверь оставил приоткрытой, так что протиснулись практически без проблем. Только голландец каждый раз, когда я впечатывал его спиной в стену, ойкал и стонал так, будто ему иглы в спину запихивают.

У машины его уже пришлось скинуть. Я открыл заднюю дверь, выбросив на землю какие-то тряпки. Огромное плотное покрывало, и нечто, похожее, на чёрные шторы. Потом воткнул туда Датча, закидывая его спиной. Будь он раза в два полегче, получилось бы элегантней. Раскачал и закинул, а так пришлось заталкивать его чуть ли не пинками. Но и разойтись было нельзя — не зная, что там за кокон у куколки, не хотелось её порвать раньше времени.

Чуть полегче стало, когда он дотянулся до ручки над головой и помог себя втянуть. Не знаю, чего ему это стоило, чтобы вытерпеть боль и не разораться, но лицо у него стало белым, а нижнюю челюсть свело и заклинило.

Оставалось только сложить ему ноги, чтобы закрыть дверь, как где-то в глубине городка (примерно там, где я спрятал патрульных) раздался нечеловеческий вой. Его тут же подхватил ещё один, но уже с другой улицы. А затем и третий. В небо ударило несколько прожекторов, тут же вильнувших на улицы, и включилась сирена. Слабенькая, возможно, механическая ручная крутилка. На другом конце города, может, даже не все проснутся, но легче от этого не было.

Уже через пару секунд сработала чуйка шакраса. Я прямо ощутил, как на шее дыбом встали волосы. А перед глазами появилось три намёка на силуэты, которые практически сразу превратились в несущихся к нам мутантов-ищеек.

Я захлопнул заднюю дверь и через окно передней достал снайперскую винтовку.

— Ой, прости, — заглянув в салон, махнул рукой Датчу.

— Ничего, я успел, — сморщился он. — Не зависай там.

Отличный совет, но технически я, действительно, завис. Облокотился на капот и нацелился на дорогу. Метрах в восьмидесяти появилась первая ищейка, из переулка с другой стороны улицы выскочила вторая, а потом и третья. Сначала фрики двигались на четвереньках, периодически припадая к земле в поисках моего следа. Но как только заметили меня, тут же вспомнили, что с их комплекцией на двоих бежать быстрее, и ломанулись вперёд.

Где-то метров на сто дальше я засёк отстающих патрульных. Точнее, не их самих, но мелькающие лучи фонарей. Сфокусировался на бегунах и завис. В хорошем смысле этого слова — завис в какой-то иной плоскости этого мира, отринув любые отвлекающие факторы. Моментально срисовал три цели, мыслено спроецировав их траектории движения.