Герметикон

— Алоиз, пожалуйста… — Артемида Холь верила в мужа, но полностью разделяла мнение Вениамина насчёт правильного использования помощников. — Подумай, что ты значишь для науки.

— Дорогая, уже слишком поздно.

— Я говорила с астрологом: мы можем перенести старт на два часа. За это время ты сможешь подогнать костюм под размер Тогледо…

— Не вижу необходимости.

— Ты сильно рискуешь.

— Не более, чем все мы, отправляясь в переход. К тому же не будем забывать, что с технической точки зрения я остаюсь на корабле.

— Алоиз!

Нервные нотки в голосе жены подействовали: инженер прервал своё занятие — с помощью трёх помощников он облачался в хитроумный скафандр, — протянул к Артемиде правую руку и проникновенно произнёс:

— Я хочу быть первым.

Помощники закончили снаряжать эту руку Алоиза, и перед лицом женщины появилась не тёплая человеческая рука, а она же, облачённая в грубую, но гибкую защиту и герметично соединённую с ней перчатку.

— Зачем?

— Потому что это естественное желание. — Тело Холя уже скрывал жёсткий корпус изобретённого им устройства, поэтому пожать плечами он не смог, однако выражение лица изобразил такое, что супруга инженера почувствовала жест, не увидев его.

И растерянно спросила:

— А что делать мне?

— Верить в меня.

Артемида судорожно вздохнула, и вздох оказался удивительно похож на всхлип. Вениамин попытался взять женщину за руку, однако синьора Холь уклонилась от молчаливого выражения поддержки весьма решительным, резким и не укрывшимся от Алоиза жестом. Впрочем, комментировать короткую сцену инженер не стал: он прекрасно знал, как жена относится к его свояку.

— Я в тебя верю, — тихо сказала Артемида, легко прикасаясь к толстой перчатке.

— И это многое для меня значит. — Почти полностью облачённый, он мог прикоснуться к любимой только взглядом и потому постарался вложить в него всю нежность, на какую был способен. — Я справлюсь.

— Алоиз… Ты всегда будешь моим героем.

— И я не устану подтверждать, что ты не ошибаешься.

— Пусть не сегодня.

— Сегодня — обязательно. — Холь посмотрел на помощников, заканчивающих возиться с внешней оболочкой ""пустотного костюма"", на верного Тогледо, внимательно следящего за каждым их жестом, подмигнул Вениамину, после чего вновь устремил взгляд на Артемиду: — Я не военный, поэтому не могу победить в войне.

Я не политик и не способен прославиться на поприще государственной деятельности. Я — ученый. И хочу быть первым здесь, на своём месте.

— И готов рискнуть жизнью? — не выдержал Вениамин.

— А как ещё можно стать первым?

И правильный ответный вопрос заставил бородача признать:

— Больше никак. — Он хорошо знал ключевое правило похода на вершину. — Другого пути нет.

— Ты его подстрекаешь! — топнула ногой Артемида.