Герметикон

Через два года после свадьбы сестры Агафрена Брангийская была похищена.

С идеей присоединить соседнюю провинцию пришлось распрощаться, однако старый Борис по-прежнему оставался ""на коне"". Он полностью контролировал Брангию, он командовал пусть небольшой, но прекрасно обученной и оснащённой армией, он обладал авторитетом и… Эйфория от успехов привела к расслабленности. А расслабленность — к беде. Отказывая сватам Вениамина, Борис понимал, что северный сосед будет недоволен, но даже представить не мог, какие формы примет это неудовольствие. Забыл о публичном заявлении Мритского, что он восхищён красотой Агафрены.

Не сообразил, что после этих слов тот не остановится.

Ещё через неделю четыре импакто Вениамина блокировали доминатор, на котором Агафрена отправилась гостить к Артемиде, принудили его приземлиться, сняли с борта главную пассажирку и доставили её в Мритск. Тем же вечером состоялась свадебная церемония, на которой никто не задавал невесте глупых вопросов, а затем — первая брачная ночь, имевшая все признаки изнасилования.

— Когда ты проведёшь эксперимент? — поинтересовалась Агафрена, тоже поднимая глаза к парящему рундеру.

Чтобы не мешал зонтик, ей пришлось немного податься вперёд.

— Завтра, в первой половине дня, когда точка перехода будет активна, — тут же ответил Холь. — У нас всё готово.

— Абсолютно всё?

— Последнюю поверку я проведу после обеда. — Если Алоиз и удивился неожиданному интересу женщины, то никак этого не продемонстрировал.

— Насколько далеко от форта отойдёт рундер?

— Если пожелаешь, то мы останемся рядом, — пожал плечами инженер. — И ты сможешь наблюдать за ходом эксперимента с этого самого кресла.

— Главное, чтобы всё закончилось до наступления жары, — с наигранной томностью произнесла Агафрена. — После полудня здесь становится невыносимо.

— Договорились.

Желание поцеловать любимую стало невыносимым, Холь едва сдерживался.

Агафрена и походила, и не походила на его покойную жену. Внешне — как две капли воды. Алоиз не сомневался, что если бы Артемида дожила до возраста сестры, то выглядела бы так же: свежа, наполнена женственной силой, красива… Красива настолько, что перехватывает дыхание и путаются мысли.

Красива настолько, что ради неё можно и убить, и умереть. Красива…

Но было и отличие: характером Агафрена была полной противоположностью яркой и энергичной сестре. Тихая, спокойная, предпочитающая коротать время с книжкой, мягкая… Наверное, только эти качества позволяли ей до сих пор находиться рядом с Вениамином.

Точнее, Алоиз не сомневался, что именно эти качества."

"— Вчера вечером мы провели совещание, — продолжил импровизированный доклад Холь.