Герметикон

— Ваше превосходительство! Ваше превосходительство!

Свита не в первый раз на охоте и прекрасно знает, как меняются настроение и желания губернатора. Верные люди наблюдали за приступом агрессии, затем — созерцания и, наконец, дождались бешеного хохота, который обязательно нападал на Вениамина перед жаждой насилия. К этому моменту всё готово, поскольку никто из ближайшего окружения губернатора не хочет отвечать за нерасторопность.

— Сюда, Ваше превосходительство, пожалуйста, сюда.

В переулке — короткий проход от главной улицы к какому-то невнятному строению, на первый взгляд амбару, — дрожат пленницы: женщины в соку, девушки ""на выданье"" и совсем молоденькие, едва сформировавшиеся девчонки.

Никто не мог предугадать, чего захочется Вениамину, а потому помощники согнали в переулок лучшее, что сумели найти и спасти. Мритский знал, что офицеры делали ставки на его выбор, но сквозь пальцы смотрел на дерзкую забаву.

— Беляшки… — Вениамин спрыгивает с жеребца, на несколько секунд замирает, жадно разглядывая пленниц, после чего тычет пальцем в одну из взрослых: — Разденьте!"

"Офицеры рвут ночную рубашку за ворот и хватают женщину за руки, не позволяя прикрыть полную грудь с крупными розовыми сосками.

Ей двадцать пять, не больше, но, судя по округлости бёдер и чуть дряблому животу, она рожала, и не один раз. Но именно такую жертву, как выясняется, желает сейчас губернатор. Пышность опытной женщины приводит его плоть в неистовство.

— Мы подготовили спальню, — шелестит один из помощников.

— Нет! — рычит Мритский. До дома метров пятьдесят, а терпеть Вениамин не может, он почти в исступлении. — Что это? Амбар?

— Сеновал.

— Отлично! — Губернатор делает шаг.

— Сеновал мы тоже подготовили, — продолжает шептать царедворец.

— Молодец!

Опытные люди всегда на вес золота, а в определённых случаях — на вес алмазов. И хотя на охоте Мритскому приходилось удовлетворяться в различных условиях, он предпочитал хоть какой-то комфорт.

— Нет! — рыдает пленница.

— Тебе понравится, — обещает Вениамин, с трудом сдерживая желание наброситься на женщину прямо в переулке. Мритский едва достает ей до плеча, но кажется — кажется! — что нависает над пленницей, настолько он сейчас сильнее.

 — А крик лишь украсит нашу встречу.

Она не слышит, а если слышит — не понимает. Её почти несут внутрь, где на сухое сено брошена широкая простыня. Полные ноги женщины и округлый, чуть обвисший зад заставляют губернатора дрожать. Он торопливо следует за помощниками, но в это мгновение из-за спин офицеров выскакивает присланный радистом вестовой:

— Ваше превосходительство! Срочное сообщение от капитана ""Легавого""!

— Потом! — отмахивается Вениамин.