Герметикон

И начисто проиграла, поскольку подчиненным дер Даген Тура приходилось тренироваться едва ли не в каждом сферопорту, в который заходил ИР.

И именно с этого инцидента капитан Дорофеев начал совещание.

— Бедокур, утром ко мне приходил шериф.

— Я видел, как этот достойнейший блюститель закона поднимался на борт, капитан, — вежливо отозвался здоровенный шифбетрибсмейстер ""Амуша"", медленно потирая могучие лапищи и улыбаясь так, словно вспомнил что-то забавное. — Не скажу, что это хорошая примета, особенно при ясной погоде, к счастью, сегодня не вторник… все зависит от того, чем закончился визит.

— Шериф ушел, — вежливо ответил Дорофеев.

— В таком случае влияние его отрицательной ауры оказалось минимальным, — поразмыслив, сделал вывод Бедокур. — Но я все равно поменяю амулет у порога…"

"В ведении корабельного шифа — шифбетрибсмейстера — находилась вся техника цеппеля: кузель, тяговые двигатели, электрическое хозяйство, механика, гидравлика, рулевое управление, в общем, все, за исключением астринга, пребывающего в ведении астролога, рации, за которой присматривал радист, и алхимической лаборатории.

Чира Бедокур головой отвечал перед Помпилио за состояние ""Амуша"", досконально разбирался во всех тонкостях механики, гидравлики, электрического дела и всего, что ему требовалось для работы, словом, держал цеппель в образцовом порядке. А благодаря гигантскому росту и могучему сложению, способному сделать честь любому медведю, Чира без хлопот справлялся и со второй обязанностью шифбетрибсмейстеров — управлением нижними чинами.

Одевался Бедокур обыкновенно: майка, чистая только по утрам, пока Чира не добирался до машинного отделения, крепкие башмаки, штаны со множеством накладных карманов и рабочий пояс с подсумками.

А вот выглядел не совсем обычно: длинные волосы заплетал в бесчисленные косички, украшенные разноцветными веревочками и нитками бус, на широкой груди болтались четыре амулета, а на руках позвякивали браслеты на все случаи жизни: путешествия сделали Чиру суеверным, он внимательно относился к знакам и знал все магические способы защиты от магических способов нападения.

И не только магических.

— Шериф сказал, что, если бы старпом грузовика умер, ты бы так легко не отделался, — сообщил Дорофеев.

— А как легко я отделался? — заинтересовался Бедокур.

— Бабарский? — не глядя на суперкарго, спросил Дорофеев.

Иоахим Христофор Бабарский, которого все называли ИХ, отвечал и за грузы, и за судовую кассу, и за обеспечение цеппеля всем необходимым, и за те переговоры с местными, которые не хотели вести старшие офицеры, в смысле, не хотел вести капитан, поскольку Помпилио дер Даген Тур не часто снисходил до общения с простыми смертными.