Герметикон

— Я сейчас выйду, а вы через пару минут идите за мной.

— Далеко?

— Просто: идите за мной.

— Далеко?

— Я должен вас проводить, а не отвечать на вопросы.

Мальчишка повернулся и шагнул за дверь.

Остановить его? Схватить и допросить? А что дальше? Скорее всего, он ничего не знает и просто выполняет задание за небольшую плату. Хватать мальчишку бессмысленно, ей нужны люди, которые назначили встречу.

Кира расплатилась за кофе, бросив на стол мелкую монету, и поднялась на ноги.

///"

"Бахорские друзья Горизонта были уверены, что Эхо не откажется насолить адигенам, но Кома все равно испытывал сомнения, поскольку не ожидал, что их патлатый приятель отправится на дело в одиночку.

Для похищения нужны исполнители, которые, в свою очередь, могут побояться ссориться с Помпилио, а чтобы страх не пропал втуне, а принес выгоду — могли и донести о готовящемся преступлении в местную полицию. Горизонт сомневался, но сомнения без доказательств — пустой звук, предъявлять ему было нечего, и Кома положился на слово Эха, заплатил пятьдесят цехинов и стал ждать развития событий. Нервничал, конечно, и, наверное, переживал бы намного меньше, зная, что небольшая, но сплоченная банда Эхо состояла из галанитов-полукровок, доверяющих только друг другу и традиционно ненавидящих адигенов. Особенно — лингийцев.

Было их четверо: сам Эхо, крепкий, словно дуб, Угрюмый, любящий ножи и машины Драйв, и красивый, как девушка, Шалик — сердцеед и бабник. На дело они отправились в объемном автомобиле, слегка походящем на катафалк, и были уверены, что справятся с одной-единственной девчонкой без особого труда.

— Она опоздала? — негромко спросил Шалик.

— Явилась вовремя, — качнул головой Драйв. — И Любчик дал знак, что она явилась одна.

— Тогда почему их до сих пор нет?

Чистивший ногти Эхо оторвался от своего занятия и внимательно посмотрел на красавчика:

— Торопишься?

Тощий, похожий на мышь Эхо выглядел самым безобидным членом банды, но при этом пользовался непререкаемым авторитетом, основанным в том числе на страхе. Связываться с ним — подлым и злопамятным — никто не рисковал.

— У меня свидание, — стушевался Шалик. — Тороплюсь.

Сидящий за рулем Драйв хмыкнул, но промолчал, а вот Угрюмый не сдержался:

— С кем?

— С твоей сестрой.

— Ноги отрежу, — тут же возмутился здоровяк.

— Она взрослая девушка.

— Вот выйдет замуж — пусть к тебе от мужа бегает, а пока она под моим надзором — будешь иметь дело со мной.

Страшненькая на лицо и жирная сестра, которую он никак не мог выдать замуж, была слабым местом Угрюмого, и здоровяк легко велся на любую шутку.

— Не волнуйся, не трогал я твою сестру и трогать не собираюсь.

— Вот и правильно.