Герметикон

Во-вторых, они слишком громко дышат, — ответил адиген, разминая кисти рук. — Ты ведь не сможешь загипнотизировать их через стену?

— Нет, не смогу.

— Тогда дай мне пару секунд… — Помпилио вновь повернулся к двери и вновь остановился, услышав вопрос:

— А что дальше? Ты отберешь у них оружие и с его помощью захватишь цеппель?

— Нет, с его помощью мы покинем цеппель, — ответил адиген.

— Покинем? — изумилась ведьма. — А как же Огне-дел?

— Если получится — я его достану, но времени у нас будет мало. — Помпилио продолжил разминать руки. — Я не собираюсь участвовать в воздушном бою на этом цеппеле — это слишком опасно.

— ""Орлан"" собьют? — еще больше изумилась Тайра.

— Обязательно.

— Но как? Твой ИР почти не вооружен.

— Зато им управляет очень злой Дорофеев.

— Почему ты думаешь, что он злой?

— Что-то мне подсказывает. — Помпилио вздохнул: — Будь добра, перестань болтать.

И вновь повернулся к двери.

///Ненависть — вот что испытывал Рубака, глядя на приближающийся ""Амуш"".

Лютую, сводящую с ума ненависть, помноженную на жгучее желание лично поквитаться с обидчиком. Филарет снискал громкую славу отнюдь не ложью о выдуманных подвигах: его атаки и воздушные дуэли всегда заканчивались победами. Ну… почти всегда, и да — во многом благодаря подлым ударам в спину, нападениям исподтишка, когда противник не ожидает боя и не готов к нему. Но много вы знаете тех, кто воюет благородно? В смысле — живых?

Но победы сыграли с Филаретом злую шутку, заставили поверить не только в фарт, но и в умение вести настоящие воздушные бои с сильными противниками. Лях ощутил себя матерым волком, первое нападение на ""Амуш"" рассматривал как легкую прогулку, можно сказать — учебную тревогу, начал бой в излюбленной манере — неожиданным ударом, и должен был победить, но… Оказался переигран с такой издевательской легкостью, что до сих пор трясся от бешенства, воспоминая унизительное поражение.

И совершенно не задумывался над тем, что человек, без труда сбивший его на землю, будучи неподготовленным к сражению, теперь целенаправленно искал встречи и сам вел свой цеппель в атаку. Лях не задумывался о такой ""мелочи"". К тому же он видел, что ""Амуш"" явно запоздал с набором высоты, а значит, представляет собой превосходную мишень, и распорядился:

— Полный вперед!

— Капитан Мааздук требует, чтобы мы подождали ""Орлана"" и вступили в бой одновременно, — доложил радист. — Они только что отшвартовались…

— Скажи, что тебя не пустили на мостик! — рявкнул Филарет, не сводя глаз с обидчика. — Орудийным расчетам приготовиться!

///Тайра не ожидала, что крепкий, массивного сложения Помпилио окажется настолько ловким и пластичным, умеющим двигаться и быстро, и бесшумно.