Герметикон

— Мужик! — ахнула Привереда.

А там, где только что стояла Куга, шарахнул о землю многотонный валун.

— Мама, — прошептала синеволосая.

— Стой здесь!

— Что? — Девушка бессмысленно таращилась на спасителя. — Не уходи.

— Стой здесь и не шевелись! — Грозный чуть подался вперед, посмотрел на падающие камни, что-то прикинул, вновь рыкнул: — Ядреная пришпа!

И покинул убежище.

— Нет!!!

Три крика слились в один. Свечка, Привереда и Куга завопили одновременно, однако остановить Грозного не смогли. Да и не следовало ему останавливаться, потому что каждое его движение было рассчитано до миллиметра.

И скорость тоже. И повороты. И редкие остановки. Казалось, Грозный успел пересчитать весь каменный поток, вычислить, когда и в какое место рухнет очередная глыба, и проложить под смертоносным дождем оптимальный путь. Вот он обогнул только что свалившийся камень. Вот остановился, нагнулся, подхватил что-то с земли и сразу же бросился в сторону, уходя от очередного ""подарка"" потревоженной скалы. Вот он прыгнул. Потом еще раз, и еще. Вновь остановился, плавным и очень спокойным движением вскинул правую руку, в которой…

Грохнул еще один выстрел.

Ошарашенная Привереда посмотрела вверх, куда был направлен ствол пистолета, и ойкнула, увидев заваливающегося набок козла. Зверь остался на террасе, тоже пережидал камнепад, и был замечен Грозным. И не просто замечен.

— Что же он за человек?

А лысый мужчина уже бежал обратно, подальше от второй порции потревоженных камней.

— Вы как?

Глаза горят, на губах усмешка, вид — бешеный. Но довольный, довольный…

— Ты идиот! — Свечка перестает сдерживаться. Подлетает к Грозному и трясет его за плечи.

 — Идиот! Идиот!

— Спасибо. — Куга плачет. Сидит, прижавшись боком к скале, и размазывает по лицу слезы. — Спасибо, спасибо…

— Ты его убил. — Привереда пронзительно смотрит на Грозного.

— Я знаю, — коротко отвечает тот и смотрит на зажатый в руке пистолет так, словно встретил старого друга.

— Зачем ты бросился под камни?

— Понял, что успею. И еще понял, что козел собрался удирать.

— И пусть бы удрал! — Свечка отступила. — Пусть бы ушел этот проклятый козел. Пусть!

И услышала спокойное:

— Нам нужна еда.

Грозный ответил негромко, однако был услышан, а это означало, что гул прекратился.

Разозленные скалы выплюнули на незваных гостей все, что приготовили, и можно выйти из укрытия.

— Все живы? — осведомился подбежавший Рыжий.

— Какая заботливость.

Тыква стыдливо промолчал, а Рыжий попробовал ответить:

— Я все равно считаю…

— Заткнись. — Привереда сверкнула глазами и тут же улыбнулась, заметив, как вытянулось лицо Рыжего при виде вооруженного Грозного.

— Ты… — Рыжий сглотнул. — Ты нашел мой пистолет?

Его руки вдруг задрожали.