Герметикон
Серия книг Вадима Панова описывает жизнь человечества на планетах причудливой Вселенной Герметикон. Адиген Помпилио Чезаре существует вместе со своим окружением в мире, напоминающем эпоху конца XIX века, главный герой цикла путешествует на дилижансах, участвует в великосветских раутах и одновременно пытается спасти цивилизацию от войны. Серия получила положительные отзывы и рецензии критиков, которые отметили продуманность и оригинальность сюжета, блестящее описание военных столкновений и насыщенность аллюзиями. Цикл «Герметикон» состоит из таких произведений, как «Красные камни Белого», «Кардонийская рулетка» и «Кардонийская петля», удостоенных премий «Серебряная стрела», «Басткон» и «РосКон». Первая часть цикла «Последний адмирал Заграты по версии журнала "Мир Фантастики" победила в номинации "Научная фантастика года".
Грозный нахмурился:
— Открыты или сломаны?
— Открыты.
— Их размеры?
— Примерно метр на метр в торце, может, чуть больше. И не менее двух метров длиной.
— Разве это важно? — сморщила нос Куга. — Какие-то клетки… Фи!
— Тыква обнаружил подозрительный факт и не упустил его, — назидательно произнес Грозный.
— Что такого важного в клетках?
— Не в клетках, а в тех, кого в них перевозили.
Привереда вздрогнула.
— Скорее всего, они остались в Пустоте, — промямлил Рыжий.
— Скорее всего, — кивнул Грозный. — Но…
— Но Тыква поступил правильно, — перебила его Привереда.
— Да, Тыква поступил правильно.
Обед подходил к концу. Насытившиеся путешественники больше не обращали внимания на еду, лишь Куга щипала виноград, да Рыжий покусывал пахучий сыр. Тыква, получив одобрение Грозного, принес еще две бутылки вина, и вновь наполнил бокалы — праздник так праздник.
— В заключение я хочу еще раз вернуться ко второму странному факту, — произнес Грозный, поглаживая в широких ладонях бокал с красным. — Меня смущает отсутствие в цеппелях тел и то, что мы спаслись…
— Такое чувство, будто нас сюда специально привезли, да? — улыбнулась Привереда.
— Да, — вдруг ответил Грозный. — Именно такое чувство меня посетило.
— Ты серьезно? — удивилась девушка.
— Мы должны были умереть, но не умерли, и я призываю вас помнить об этом и… и по-другому относиться друг к другу. — Грозный внимательно оглядел спутников: притихшую Кугу, настороженного Рыжего, задумавшегося Тыкву и Привереду, по губам которой скользила тень улыбки. — Мы оказались на краю света, но у нас — я в этом убежден — есть шанс выбраться.
— Куда? — тихо спросила Куга.
— Вверх по течению, — спокойно ответил Грозный.
— Снова идти?
— Всегда можно вернуться к цеппелям, но сидеть возле них и ждать, когда закончатся запасы, я лично считаю неправильным. Баллоны пробиты, астринги и кузели сломаны — мы не сможем использовать цеппели по прямому назначению, а значит, должны идти.
— Вниз, — произнес Рыжий. — Надо выходить на равнину. Там больше шансов встретить людей.
— Вверх, — повторил Грозный и объяснил: — Вчера, когда я купался…
Привереда кашлянула. Куга победоносно посмотрела на соперницу. Тыква улыбнулся. Рыжий отвел взгляд.
— Вчера, когда я купался, — спокойно продолжил Грозный, — я нашел в реке вот это. — Он вытащил из кармана тонкую красную ленту и продемонстрировал ее ошеломленным спутникам. — Она приплыла сверху. Там есть селение.














