Герметикон

Где это видано, чтобы рост мужика едва дотягивал до ста шестидесяти? Это уже карлик получается, а не мужик. Или не карлик, но всё равно игрушка. Ну, ладно, среди нормальных воров тоже встречаются мелкие, так им в форточки удобнее лазить, но ведь этот не только мелкий, но еще и толстый! Гость Большого Флима был круглым в буквальном смысле слова: круглая из-за низкого роста фигура, круглый живот, торчащий из-под расстегнутого пиджака дорожного костюма, круглое лицо, круглый, картошкой, нос, маленький округлый подбородок и губы бантиком.

И оно считается мужиком?

А как насчет длинных, до плеч, черных волос, которые оно зачесывает назад? А как насчет непрекращающегося нытья?

— Как вы можете нюхать то, чем здесь пахнет? Или вы это едите?

Громила сжал кулаки:

— Вякнешь еще хоть слово, и я…

— И ты что? — нахально осведомился толстяк. — Понесешь меня на руках?

Как ни печально, но низенький ублюдок имел для наглого поведения все основания. Большой Флим сказал: ""доставить с уважением"", а значит, урода даже по носу щелкнуть нельзя.

Переживания отобразились на простецкой физиономии бандита, заставив толстяка злорадно усмехнуться.

— Далеко еще?

— Пришли, — угрюмо ответил громила, сворачивая в переулок. И распахнул первую же дверь: — Большой Флим ждет здесь.

Помещение, в которое здоровяк привел гостя, оказалось задней комнатой шумной таверны — в нее долетал гул главного зала. Пахло кислым пивом и отрыжкой, а с мебелью было совсем плохо — только деревянные ящики. На одном из них сидел седой как лунь старик, лицо которого было обезображено десятком мелких шрамов. А справа переминался с ноги на ногу молодой крепыш, в котором угадывалось фамильное сходство с главарем.

— Ты Большой Флим? — осведомился низенький после того, как сопровождавший его бандит покинул комнату.

Осведомился, но руки не подал.

— Да, — кивнул старик.

— Меня зовут ИХ. Извини за хриплый голос, я ужасно простыл.

— Их? — недоуменно переспросил молодой.

— Нет — ИХ, — поправил его толстяк. — Не надо путать.

И чихнул.

Большой Флим рассмеялся, продемонстрировав гостю крупные желтые зубы. Все двенадцать, что еще остались.

— Мне сказали, что приедет странный парень, но ты — нечто. — А в следующий миг стал жестким: — Никакого уважения, да?

ИХ воспринял перемену тона предельно спокойно:

— Мы сейчас в Омуте. У нас бизнес, Большой Флим. То есть — взаимовыгодное дело. Ты ничего не знаешь обо мне, я ничего не знаю о тебе. Обсуждаем сделку, сговариваемся по деньгам и разбегаемся. Уважать друг друга не требуется.

— Не слишком ли он шустрый? — осведомился молодой.

— Не шустрый, а деловой, — поправил его толстяк. — Спроси у кого-нибудь, что это значит. — И кашлянул. — Извините, врожденный бронхит. С пеленок мучаюсь.