Герметикон

— Тонко подмечено, Абедалоф.

— Весьма остроумно.

— Спасибо, господа.

Махим же промолчал, не польстил Арбедалочику, и Здучик с Йорчиком наградили его удивленными взглядами.

Дабы не афишировать тесную связь консула независимой Приоты с директором-распорядителем Компании, дружеский ужин проходил в снятой на подставное лицо загородной вилле. Собеседники съехались после наступления темноты, используя взятые напрокат автомобили, а прислуживали им доверенные люди Махима. Конспирация тяготила консула, казалась унизительной, но просьбы Арбедалочика имели статус приказов, противоречить которым приотец не рисковал.

Махим не спросил даже, что делает на тайной, посвященной политическим вопросам встрече промышленник Йорчик: улыбался и поддерживал светский треп в холле до тех пор, пока Абедалоф не снизошел до объяснений.

— Мой друг Руди — выдающийся эксперт в области современных вооружений, слово скаута. Его фирма давно и плодотворно сотрудничает с армией Компании.

— Я много слышал о вас, профессор, — кисло улыбнулся Махим.

— Рад знакомству, консул.

— Руди изучит новинки, которые ушерцы представят на выставке, и даст необходимые рекомендации вашему военному командованию, — закончил Арбедалочик.

 — Мы ведь не хотим, чтобы приотская армия хоть в чем-то уступила островитянам, не так ли?

— Не хотим, — взмахнул кулаком Здучик.

— С удовольствием поработаю, — кивнул Йорчик.

— Замечательно, — без энтузиазм произнес Махим.

""Экспертов"" и ""советников"" консул давно уже воспринимал коммивояжерами — Компания присылала их едва ли не еженедельно, и каждый визит заканчивался серьезным увеличением государственных расходов, то есть приотского долга.

""Обратите внимание на новые винтовки!"", ""Войскам необходимы облегченные бронеавтомобили для разведки"". ""Наши гранаты неприятно удивят волосатиков"". Армия росла, накачивала мускулы, но перестала вызывать у Махима чувство гордости — его сменила тоска. Война еще не началась, а государство уже в долгах. Что это значит? Только одно: теперь война не может не начаться.

И приближающаяся бойня больше не казалась консулу величественной или романтической. Ему хотелось, очень хотелось войти в историю создателем единой Кардонийской республики, но стала пугать кровь, которую придется пролить.

— Любое общество состоит из индивидуумов, и чем они сильнее, тем сильнее общество. — Абедалоф приласкал подбежавшего песика, легким толчком отправил его в новое путешествие, пыхнул сигарой и поинтересовался: — Руди, вы познакомились с Гатовым?

— Его не было на приеме.

— Великий изобретатель не засвидетельствовал почтение адигену? Это хорошо, это мне нравится.

— Честно говоря, я не понимаю, зачем Дагомаро притащил Гатова в Унигарт, — подал голос барон Здучик.