Герметикон

Другие обладали потрясающей скоростью, но были слабы, как десятилетние подростки. Гибкость третьих ошеломляла, но они харкали кровью… И ни один спорки не доживал даже до пятидесяти стандартных лет — такова была воля Белого Мора. Подлая, издевательская воля.

Но не обошлось и без подарка. Среди спорки встречались необычайно сильные гипноты, и именно благодаря им, а не богатствам планет, Герметикон согласился вернуть порченых в общество: с тех пор как в сферопортах появились ведьмы, количество самоубийств среди бортовых астрологов уменьшилось наполовину.

— Что ты видел на этот раз?

— Рогатого клеща, — тихо ответил Галилей. — Ублюдочная тварь приползла в самом конце перехода и вцепилась в гондолу. Я думаю, поэтому Форца и шагнул за борт, с обычным ""старым другом"" он справился бы.

— Форца был хороший?

— Форца был отличный.

— Тебе его жаль?

— Очень.

Матрац на кушетке толстый и мягкий, лежать на нем удобно и приятно. Кажется, что лежишь на облаке. Аромат тщательно подобранных благовоний нежно проникает в ноздри, а обволакивающий комнату полумрак не угрожающий, а… романтический. Во всяком случае, уродливое лицо ведьмы не кажется отталкивающим. Не кажется мерзким. Скорее — симпатичным.

Старая спорки наклонилась очень низко, но Галилей спокоен, он знает, что ведьме можно доверять. Он закрывает глаза и слышит полный сочувствия голос:

— Рогатый клещ — очень сильный Знак.

— Дерьмовый.

— Пожалуйста, не ругайся.

— Я ненавижу, — простонал Галилей. — Ты и представить себе не можешь, как я ненавижу ее Знаки.

— Ты справился. — Ведьма положила на лоб астролога ладонь. — Значит, ты силен.

— Да, я справился…

Галилей морщится и, кажется, вот-вот заплачет. Он больше не похож на вальяжного пьяницу, теперь видно, что Галилей давно и безнадежно болен.

Болен Пустотой.

Приходящие команде Знаки лишь отголоски того, что окружает цеппель во время перехода. Самые сильные, самые ублюдочные свои приветы Пустота в цеппель не пускает, внутри им тесно. Основная гадость бесится снаружи, и видят ее только астрологи, которые весь переход связаны с Пустотой астрингом. Видят неповоротливых ""головастиков"", тупо устремляющихся в погоню за юркими цеппелями, и ""рогатых клещей"", терпеливо поджидающих добычу у обжитых миров, видят ""сучьи всполохи"" и ""челюсти"", видят ""улыбку странника"" и ""злобную путину"", и многие другие знаки видят. Видят…

Чем лучше астролог видит, чем тоньше чувствует Пустоту, тем лучше он различает Знаки, способные угробить цеппель. Опытный офицер способен предугадать препятствие, почувствовав мельчайшие колебания Пустоты, задержать, а то и вовсе отменить переход. Тем он спасает жизнь команде, но вот цена, которую приходится платить, невероятно высока.

— Мы не виделись два года, Галилей.