Герметикон

А они обязательно скажут. Точнее — спросят: в какой обстановке жил дер Даген Тур? Чем питался? Получал ли своевременную медицинскую помощь? А учитывая, что речь идет об инвалиде, репортеры наверняка заинтересуются шириной коридоров, высотой порогов и наличием удобных пандусов. Дер Даген Тур слишком известен, а потому тюрьма надолго станет главной достопримечательностью Кардонии, возможно — символом планеты, и ни в коем случае нельзя ударить в грязь лицом. В перспективе синьор Акуторо видел себя популярным человеком: вот он дает пространные интервью ведущим газетам Герметикона; вот посещает значимые светские мероприятия Ожерелья; вот — почему нет? — баллотируется на пост сенатора.

Но сейчас следовало достойно принять выдающегося узника.

— Пожалуй, я останусь здесь, пока будут готовить апартаменты, — решил Помпилио. На книжный шкаф он старался не смотреть.

— Поверьте, я распорядился, подготовить самую чистую кам… э-э… Комнату.

— Одну?

— Конечно… Ой…

Дер Даген Тур и Валентин так посмотрели на покрасневшего Акуторо, что директор мгновенно осознал вопиющую нелепость своего заявления.

— Сколько же вам надо?

— Не знаю, — пожал плечами адиген. — Мои люди обо всем позаботятся.

— Ваши люди?

— Они принимают меры.

— Какие меры? — растерялся директор тюрьмы.

В воображении несчастного возникли шеренги бамбальеро, жаждущие вырвать бамбадао из кардонийских застенков. А следом — десант лингийских егерей, зависший над тюрьмой доминатор, залпы стодвадцатимиллиметровых орудий, разрушения, смерть, хаос и Помпилио Чезаре Фаха дер Даген Тур, возвышающийся над грудой обломков в белом с позолотой инвалидном кресле.

Переживания настолько отчетливо отразились на физиономии синьора Акуторо, что Помпилио, к собственному удивлению, припомнил значение слова ""человеколюбие"":

— Я не собираюсь ссориться с местным правительством, — успокоил адиген директора.

Свою позицию дер Даген Тур определил яснее ясного, синьор Акуторо успокоился, но уже через секунду вновь заволновался:

— Прошу простить мою настойчивость, мессер, как вы понимаете, я не хочу ошибиться… Вам доводилось…

А вот на большее директора не хватило.

— Бывал ли я когда-нибудь в заключении? — благодушно помог собеседнику адиген, все еще пребывающий в человеколюбивом настроении.

— Да, — с облегчением выдохнул синьор Акуторо."

"— Конечно, бывал, — не стал скрывать Помпилио, откидываясь на спинку кресла и подпирая подбородок рукой. — На Верзи. — Адиген сентиментально улыбнулся.