Герметикон

Там я сяду в поезд и поговорю с Махимом.

— Не поздно?

— Если с Махимом что и случится, то лишь на последнем перегоне, — уверенно ответил Помпилио. — Этот участок проходит всего в сотне лиг от линии фронта, что очень удобно для устройства маленького убийства, замаскированного под диверсию.

— Как ты доберешься до разъезда?

— Я с самого начала предполагал использовать аэроплан. — Дер Даген Тур прозрачно улыбнулся. — А теперь мне даже не придётся его покупать.

— Аэропланов у меня полно, — не стал скрывать Нестор. — На ""Длани"" мы незаметно пересечём линию фронта, на аэропланах спустимся к разъезду и сядем в поезд.

А ""Длань"" встретит нас в Убинуре.

— Нас? — удивился дер Даген Тур.

— Ты собираешься ехать один?

Помпилио улыбнулся.

— Таким образом, вопрос решён, — закончил Гуда. — И не спорь: я знаю, как лучше.

Им не было нужды рисковать жизнями: каждый из них, и Помпилио, и Нестор, могли снарядить за Махимом целую армию наёмников или профессиональных военных, но они прекрасно знали, что некоторые вещи нельзя поручать помощникам. Дер Даген Тур должен был сам найти Махима, а его друг принял решение поддержать предприятие.

— Сколько у нас времени?

— На разъезде мы должны быть примерно в шесть утра. Завтра.

— Успеем, — уверенно произнёс Нестор.

* * *"

"Случайно так получилось или нет, доподлинно неизвестно, но то, что все окна личного кабинета приотского консула выходили на Висячую, самую зловещую башню Старой крепости Линегарта — факт. Башню назвали так вовсе не потому, что она болталась в воздухе или была привязана к чему-то высокому, просто большую часть своей истории Старая крепость исполняла роль главной приотской тюрьмы, и правоохранительные органы вывешивали на Висячей тела казненных в качестве наглядной рекламы своей деятельности и пропаганды общей законопослушности.

Варварский обычай отменили сто лет назад, но к этому времени название настолько прикипело к башне, что менять его не стали. А потом рядом с крепостью воткнули Дом правительства, и лучшие его помещения оказались напротив Висячей…

Как предыдущие лидеры относились к многозначительному соседству, Кучирг не знал, но лично его вид башни бесил, и консул старался смотреть в окно как можно реже.

При этом менять кабинет стеснялся: во-первых, традиция; во-вторых, мало ли что люди подумают?

""Может, привыкну…""

Мысль была правильной, поскольку консулом длинный и тощий как жердь Кучирг являлся меньше месяца. До того был сенатором, верным соратником Махима, но, получив приказ Арбедалочика, мгновенно отрёкся от кумира и отстранил его от власти с доскональным соблюдением всех предусмотренных демократических процедур.