Герметикон

Прагматичные и простоватые приотцы о красоте особенно не задумывались и даже частные свои виллы поручали ""создавать"" местным архитекторам, получая уменьшенные копии безликих городских построек. Но и этого им оказалось мало! Больше всего Арбедалочика раздражала привычка местных богатеев лепить роскошные виллы где придётся. Поле, выпас, элеватор, дорога для паротягов и тут же — двухэтажное здание, окружённое небольшим садом. Будто густые деревья способны защитить от ""прелестей"" бездумно подобранного окружения! Возможно, коренные приотцы и в самом деле обожали аромат аутентичного навоза, но Абедалоф сельскохозяйственные испражнения не терпел, гулом паротягов не восхищался и в качестве резиденции выбрал дом в десяти лигах от города, уединённо стоящий на лесистом берегу Хомы.

А ""изыски"" местной архитектуры стали у Абедалофа поводом для бесконечных шуток.

— Архитектурная мысль Приоты замерла на изучении прямого угла. Не спорю: строитель должен понимать, что это такое, и уметь воссоздавать пересечения под девяносто градусов в своих творениях, но здесь всё прямоугольное! Вообще всё, слово скаута! Даже кресла! Орнелла, ты видела сад? Дорожки выложены прямоугольной плиткой и пересекаются строго перпендикулярно! Как разлинованные тетрадки! Слово скаута: местные — идиоты!

— Вям!

— Да, Эбни: поголовно!

Арбедалочик любил ""дикие"" парки, искусно имитирующие естественное буйство природы, заблудившись в которых вдруг забываешь о том, что всё вокруг — плод усилий садовников, и чувствуешь себя в сердце неизведанного острова.

"— Селяне обрели цивилизацию и боятся показаться провинциалами. — Он удобнее устроился в кресле и вновь уставился на широкую Хому, лениво текущую мимо открытой террасы. Заходящее солнце подсвечивало воду искристым оранжевым, таким карнавальным, что губы сами растягивались в улыбке. — Но не будем о туземцах, надоело.

— Вям! — Саптер высказался с важностью спикера и с подозрением глянул на гостью. Словно намекая, с чего следует начать разговор.

— Простите, господин директор, я вас подвела, — со всем доступным ей смирением произнесла Орнелла.

— Ничего страшного, поражения случаются, — задумчиво отозвался Абедалоф, не отрывая взгляд от реки. — Ты ведь сделала всё возможное, не так ли?

— Так.

— И едва не погибла.

— Да, господин директор.

— Я тебе верю и ценю. Всё в порядке.

— Спасибо, господин директор.

Однако поселившийся внутри холодок пока не думал рассасываться. Григ была с Арбедалочиком на Шадоте и знала, что под маской жизнерадостного и добродушного весельчака скрывается жёсткий и даже жестокий человек.