Герметикон

И лишь через два года, после того как его заметили скауты ""Братьев Нури"", Вебер смог уделять обучению всё свое время — он заключил контракт, обязавшись отслужить в частной армии братьев пять лет. На тот момент договор показался Феликсу приемлемым.

В общей сложности Вебер провел в Химмельсгартне восемь лет. Дважды уезжал — в армии братьев Нури было принято обкатывать новичков в боевых условиях, возвращался ожесточенным и продолжал обучение. Как именно его ""обкатывали"", не рассказывал, не хотел. Да и друзей, говоря откровенно, у мрачного вуленита не водилось.

Добившись титула бамбадира, Феликс покинул Химмельсгартн — так требовал контракт, — и долгих четыре года отрабатывал обучение в армии ""Братьев Нури"". Охранял торговые представительства и рудники на дальних планетах, сопровождал грузы и делал кое-что еще, о чем никому и никогда не рассказывал. Работал на совесть, потому что дал слово, однако продлевать контракт, несмотря на щедрое предложение, не стал. Ушел и забрал с собой четверых вуленитов, которым братья оплатили обучение только до уровня бамбини.

С тех пор Вебер числился вольным художником огнестрельного искусства и мечтал вернуться в Химмельсгартн, дабы попытаться стать бамбадао.

— Купите травы, добрый синьор.

— Не курю.

— Вы ведь вуленит, да? — парнишка прищурился на шляпу Вебера. — У меня есть замечательный порошок с вашей родины. Неужели вы не нюхаете?

— У меня насморк.

— А жигу жуете?

— Зубы берегу.

Назойливый парнишка начал раздражать. Феликса вообще раздражали произошедшие в Альбурге перемены. Раздражала бессильная полиция, раздражали борзеющие на глазах бандиты.

Девки, бесстыдно предлагающие себя прямо на тротуарах — раньше они таились в переулках, орудующие среди бела дня грабители и толпы продающих наркоту подростков. Тихая и мирная Заграта катилась в тартарары, люди окунались в дерьмо, как в карнавал, и Феликс, который не раз и не два видел, чем заканчивается подобное ""веселье"", с трудом прятал раздражение под маской мрачного равнодушия.

— Пушка у вас хорошая, синьор вуленит. — Парнишка ткнул пальцем в ""Трюкача"", что ждал своего часа в поясной кобуре.

 — Продаете?

— Сдаю в аренду.

И без особой радости подумал, что ответил предельно честно.

— Хотите, сведу вас с нужными людьми, синьор вуленит? Меня зовут Белый Билли, и я всех здесь знаю.

— Значит, не всех, раз полез ко мне, — грубо оборвал мальчишку Вебер.

И вошел в главный зал ""Радостной манявки"", в пропахший бедовкой, пивом и блевотиной зал, ничем не отличающийся от десятков таких же, натыканных по всему Хуссу.