Глупышка

Лучше уж так, чем умирать от сомнений.

– Маленькая, ты хоть понимаешь, что творишь? – строго шепнул мне Дмитрий, когда смог оторваться от моих губ.

Он тяжело дышал, весь был как натянутая струна. Я пожала плечами, не зная, что ответить. Вроде и понимала, а может, и нет. Я сама не знала, что со мной. Просто очень хотелось познать этого мужчину, почувствовать его внутри себя. Хотелось испить это безумие до конца.

Дмитрий опять сел на пятки и, не глядя больше на меня, потянулся к прикроватной тумбочке. В выдвижном ящике у него, оказывается, хранились презервативы.

Я рассмеялась, прикрыла руками лицо, чтобы не видеть этот постыдный момент «зачехления». Я не привыкла смело смотреть на мужчину, когда он сосредоточенно пытается справиться с латексом. От смущения меня всегда пробирал истеричный смех.

Сквозь пальцы я заметила, как напрягся и замер Дмитрий с протянутой в сторону рукой, в которой держал домашние брюки, и настороженно прищурился.

Я прикрыла глаза и прошептала:

– Простите, это нервное.

Дмитрий убрал от лица мои руки. Его напряженный взгляд пронзил меня словно насквозь, смех застрял в горле, а улыбка угасла.

– Нервничаешь? – тихо спросил меня Босс.

Я кивнула, подавив в себе скромность. Потом облизнула губы и решила стать раскованнее.

– Поцелуйте меня, – смело попросила я, следя за его реакцией.

Дмитрий наклонил голову к плечу и мягко и тепло улыбнулся.

– Поцелуй, – приказал он.

Расстроившись, поджала губы. Я и так едва набралась смелости, чтобы попросить его об этом. Но раз он приказал, то, наверное, стоит исполнить. Пока я раздумывала и решалась, Босс опустился на локоть, став еще ближе и шепнул:

– Поцелуй меня.

Мы же на «ты». Перестань мне выкать, а то складывается ощущение, что я затащил в постель несовершеннолетнюю.

Я завороженно смотрела в темный густой серый туман глаз Дмитрия, пока он, улыбаясь, все ближе склонялся к моим губам, и мне показалось, что я даже не дышала, надеясь на поцелуй. И вновь его губы пленили мои, и снова я утонула в нахлынувшем восторженном возбуждении. Я гладила крепкие плечи, слышала, как быстро и громко бьется мое сердце.

Оно оглушало меня, а от страсти кружилась голова. Мне было мало лишь поцелуев, я прижималась к разгоряченному телу Босса, мысленно моля его сделать хоть что-то еще.

Но поцелуи не прекращались, блуждали по шее, на миг касались чувственной точки за ухом и вновь возвращались к моим губам. Я дрожала от желания и тихо стонала от разрывающего изнутри нетерпения. Наконец Дмитрий приподнял на мне футболку. Я прикрыла глаза, выгнулась, немного помогая ему.