Глупышка

В самолете она наставляла сразу не сдавать «Бастилию», а прежде показаться в эротичном белье, пританцовывая стриптиз.

В общем, я была злая, голодная и в эротичном белье, которое хотела продемонстрировать своему добропорядочному Боссу, замеревшему у закрытой двери.

– Теперь ты моя, – шепнул он, отталкиваясь от двери и начиная срывать с себя одежду.

Я тоже не стала отставать – стянула свитер и футболку и нервно стала расстегивать ремень.

– Эй, ребята, вы на обед пойдете?

– Нет! – хором крикнули мы с Боссом и набросились друг на друга, зарываясь пальцами в волосы.

Наши губы истосковались друг по другу, и я чуть не плакала от удовольствия просто обнимать любимого, целоваться с ним, повиснув на шее, прижиматься к нему обнаженной кожей, обвив ногами за талию. Мы упали на кровать. От восторга у меня захватило дух. Да, именно так я мечтала заняться любовью – страстно, необузданно, сумбурно.

Его руки блуждали по моему телу, рисовали круги поверх ажурной ткани, легко пробирались под нее. Его губы медленно клеймили каждый сантиметр моей шеи. Я стонала, выгибаясь навстречу Диме, пыталась снять с себя мешающую одежду, но властные руки пленили мои и завели их за голову.

– Страстная сладкая девочка хочет меня, – слушала я хрипловатый от желания голос Босса и млела от его ласк.

– Да, хочу, – шепнула я в ответ, опуская взгляд.

Глаза у Дмитрия стали совершенно черные, а улыбка кривой и наглой.

– Соскучилась? – шепотом спросил он, и я кивнула, завороженно следя за мужчиной.

Одной рукой он сжимал мои запястья, опираясь на локоть, второй поглаживал мой живот, пробираясь под ткань трусиков. Его пальцы, казалось, могли проникнуть в любое укромное место.

Я закусила губу, прикрыла глаза, растворяясь в ощущениях. Почему он держал мои руки? Я так хотела его обнять, прижать к себе.

– Скучала, – удовлетворенно шепнул Босс, вытаскивая влажные пальцы. – Если скучаешь и любишь меня, почему боишься?

Я стиснула зубы, молча крича от злости. Почему его тянет на разговоры в такие моменты? Я стала вырываться и попыталась освободить руки, но сил у Босса было несоизмеримо больше. Да и вес тоже. Он просто придавил меня своим телом, вжимая в кровать.

– Ты моя, Люда. Вся без остатка. И не надо бояться.

Все у нас будет хорошо."

"Словно в подтверждение своих слов он приник губами к моим и стал нежно целовать, отпустив наконец мои руки, и я смогла обнять его за шею. Придерживая меня за спину, Дмитрий сел сам, усадил меня и, не останавливаясь, продолжал ласково и нежно целовать, расстегнул бюстгальтер и медленно стянул лямки.

– У твоей подруги есть вкус, – тихо шепнул он, рассматривая черные ажурные чашечки, – только в следующий раз выбирать буду я. Хорошо?

Я ахнула и замерла, прикрыв руками грудь.