Голод

Чтобы не выдавить его глаза, за то, что он смотрел на МОЮ девочку! Чтобы не вырвать его язык, за то, что он посмел заикнуться о ней! К счастью парень оказался не дураком, когда, быстро извинившись, стремительно ретировался сразу в раздевалку.

Просто считай, Генри! Просто дыши!

Но процесс был уже запущен и он был необратим.

Она была слишком близко, чтобы я мог отпустить её сейчас

Её аромат бурлил в моей крови

Её тело уже пленило меня, и я сдался без боя, внутренне содрогаясь и молясь лишь об одном - не перейти черту безумия, когда я уже не смогу контролировать себя.

Быстро откинув свою спортивную сумку, я направился медленным крадущимся шагом к активно бегущей девушке. Я не хотел быть хищником, но он был в моей крови, заставляя меня упиваться этим моментом, наслаждаться им.

Я мог бы наблюдать за ней вечно.

Я мог бы посвятить свою жизнь лишь тому, чтобы незаметно следовать везде за ней, впитывая каждую секунду её жизни. Собирая по крупицам её мир внутри себя. Чтобы прожить эту жизнь рядом с ней незаметной тенью, которая в один момент поглотит её целиком и без остатка.

И в этом была жуть моей одержимости.

Я хотел её всю.

Всегда.

Каждую секунду.

Отпустить её на час или два было равносильно смерти, потому что я хотел знать о ней все.

Я хотел стать частью её самой – физически, морально, эмоционально.

Для меня было одинаково важно ощущать её рядом, и при этом знать о ней всё до мелочей: какой кофе она пьет? сколько сахара добавляет? тянется ли когда просыпается? Какие цветы любит? Её первую любовь. Её первого учителя.

Всё. Всё! ВСЁ!!!!

Подкравшись к девушке, я остановился сбоку от неё, впитывая в себя её образ жадно и ненасытно, когда Соня продолжала бежать в такт музыке в её наушниках, не обращая внимания на меня – огромную животрепещущую тень, нависшую над её хрупкой маленькой фигурой.

Лишь в какой-то момент, Соня чуть повернула голову, видимо, почувствовав неладное, и её длинные ресницы порхнули, уткнувшись в мою грудь, когда голубые глаза распахнулись:

-Боже!

Сбившись с ритма, девушка оступилась, едва не улетев назад по все ещё летевшей беговой дорожке, когда я быстро поймал её, обхватив за талию, и поставив на твердый пол.

Больше всего на свете я хотел прижать её к себе.

Я знал мягкость её тела.

Я не мог вырвать из своей памяти слайд, когда прижал её к себе в доме на берегу, утопая в роскошных волосах и уже тогда понимая, что я пропал.

- Генри? Что ты здесь делаешь? Отпусти меня!

Чувства в её голубых распахнутых глазах сменялись так быстро, что я тонул в них, захлебываясь.

Шок, восторг, боль, растерянность, ярость – чувства порхали в её бескрайней, словно небо, бирюзе, когда я боялся даже вздохнуть, чтобы не стиснуть её в своих руках, прижать к себе, и унести.