Голод

- Привет, Рози! – мягко улыбнулся Генри, и я чувствовала, как начинаю таять в прямом смысле этого слова, покрываясь испариной по всему телу.

-Здравствуйте… - с трудом выдавила я, глядя на широченную спину брата доктора Ричарда, который, подмигнув мне, зашел в кабинет, осторожно прикрыв дверь. Но даже когда этих мужчин не стало на горизонте, я всё равно не могла пошевелиться, закрыв глаза и глубоко втянув в себя воздух.

Ты можешь послать мне бутылочку валерьянки? А лучше две!

Приоткрыв глаза, я покосилась на потолок.

Не можешь конечно же….и мне самой придется учиться ходить на дрожащих ногах, обутых в туфли на шпильке в 12 см! Хоть бы ноги себе не переломать!

Но к подобному раскладу вещей нужно было уже начинать привыкать, потому что, судя по всему, Генри скоро будет частым гостем у нас, и мои дрожащие коленки и отсутствие дыхания станут нормой!

Так…а куда я шла?.....

Покосившись вниз на собственные руки, которые вцепились в подложку с подготовленными шприцами, я догадалась, что намеревалась пройтись по лежачим больным и поставить уколы.

Ну да, точно, но не успев сделать и шага, я почти подпрыгнула на месте, когда дверь, находящаяся рядом с кабинетом доктора Ричарда, распахнулась и оттуда пошатываясь вышел сонный и замученный доктор Ник. Бедолага!

После нескольких ночных смен подряд, синяки под его глазами были ярче голубого ангельского взора, а серая щетина покрыла его скулы и подбородок, но даже не смотря на помятый вид и повышенную лохматость, выглядел он по-прежнему великолепно и совершенно по-ангельски, особенно когда, увидев меня, сонно улыбнулся, потерев кулаком глаза:

- Розик! Привет, малышка! Рич уже на месте?

- Доброе утро, доктор Холлидей, - широко улыбнулась я мужчине, - Доктор Ричардсон уже не месте…и Генри с ним.

- Кааааааайф… - блондинистый доктор Ник сладко потянулся, раскинув свои длинные накаченные руки в стороны, и чуть прогнувшись назад, и я захихикнула, услышав восторженное поскуливание из сестринской, откуда было видно все и всегда, учитывая круглосуточное наблюдение за нашими мега сексуальными врачами, - А поесть они чего-нибудь принесли? – мужчина выпрямился, почесав собственный живот, на котором был каменным пресс с явными ярко выраженными кубиками.