Горячий Май

И через мгновение чувствую, как нежную кожу возле входа мгновенно обожгло чем-то прохладным, а потом скользнуло внутрь. Шиплю и утыкаюсь лицом в простыни.

— Неприятно? — обеспокоенно спрашивает Май.

— Нет, нормально всё. Просто немного прохладно и неожиданно.

Чувство наполненности немного непривычное, провожу рукой по ягодицам, касаясь выступающей части пробки.

— Да, давай пощупай себя, чтобы я сдох на этом самом месте! — язвительно отзывается Май и надавливает пальцами на пробку, цепляется за верхушку, медленно вытаскивая. Совсем немного и вновь толкает её внутрь.

— Прекрати, — стону, не в силах сдерживаться.

— Тогда одевайся. Нечего сверкать своей идеальной задницей и влажной киской.

Май отстраняется, садясь на самый край кровати. Я медленно переворачиваюсь на спину и пытаюсь сесть. При малейшем движении пробка задевает чувствительные точки и возбуждённое тело, не получившее разрядки, реагирует сжатием лона.

— Чёрт, Май! И как мне с этим ходить?

— Некомфортно? — оборачивается Май, жадно глядя на меня. Обводит взглядом, останавливаясь на сомкнутых бёдрах.

— Очень некомфортно, Май. Настолько, что я боюсь кончить от каждого неосторожного движения.

Прикрываю глаза, пытаясь унять возбуждение, плотно сжимая бёдра — не получается совсем.

— Запрещён только секс вдвоём? — спрашиваю и тянусь рукой к руке Мая, обхватывая за запястье.

— Секс — да…

— Тогда поцелуй меня, — прошу, глядя в глаза Мая, которые мечут молнии.

Он будто только и ждал действий от меня. Мгновенно лёг рядом, перекатившись на бок, и прижал меня к себе. Я проворно расстегнула его брюки, спустив немного, и нырнула рукой в плавки, потрогав пальчиками член. От конца до самого основания. Май дёрнулся, глухо застонав, толкнулся бёдрами в мои пальцы.

— Поцелуй? — хрипло спросил он, закрывая глаза, потому что я обхватила ствол его горячего члена и начала двигать по нему пальцами.

— Поцелуй. И прелюдия. Прелюдия — это не секс, так ведь? — шепчу, задыхаясь, потому что одной рукой Май касается разгорячённой плоти, текущей и жаждущей прикосновений, а вторую руку Май размещает на попке, надавливая на пробку.

— Да-да-да, — вторит моим словам Май, набрасываясь на мой рот.

Наши губы послушно раскрываются, мы сталкиваемся зубами, громко постанывая, плавясь от ярких ощущений на грани. Языки сплетаются и толкаются друг другу навстречу, множа приятные чувства. Это ещё не секс, но и уже не безобидные забавы. Это тонкий-тонкий канат, перекинутый над пропастью. И я, канатоходец-дилетант, ступаю по нему на трясущихся ногах, одновременно боясь упасть и желая этого.

Оргазм острый и яркий, как будто пронзило насквозь иголкой. Май кончает одновременно со мной, но всё ещё поглаживает меня, словно пытаясь успокоить.