Горький шоколад

Я оставил носки там, где не надо. Я купил не тот кефир и слишком мелкие яблоки. «Что, пожалел? На детей пожалел?»

«Да нет, я просто не разбираюсь в продуктах!» Но ты не поверишь.

Я не так посмотрел на Мишу. Я сделал замечание Свете. И ты, уж поверь, не станешь разбираться, кто прав, а кто виноват. Ты просто обидишься. И все!

Ты замолчишь, а после мне, конечно, бросишь: «Это же не твои дети! Это мои дети!»

И как бы я ни оправдывался… Вот тогда ты вспомнишь про мужа! Какие он выбирал яблоки и как он любил ваших общих детей!

Возможно, я оправдаюсь. Возможно… Но зерно сомнения в твоей душе уже взошло. Росток пробился.

Ты захочешь поехать на море, в Париж. Все вместе – мы же семья!

А денег не хватит. Просто банально не хватит денег! И все! Ты снова обидишься и вспомнишь мужа. Когда вы были вместе – денег хватало.

И ты всегда повторяла, как заклинание: «Он хороший человек, он – хороший».

А какой я? Какой я человек?

Да я и сам не знаю…

Одно знаю точно: я отчаянный трус! Мелкий такой… Не рассудительный человек, не ответственный мужик, а банальный трус!

«Трусло» – как говорили у нас во дворе. А это обидней, чем «трус».

МАТЬДоченька моя! Родная моя девочка! Не слушай меня! Ох, не слушай!

Чушь я несу, ерунду и глупость. Да и как я смею? Как смею советовать, упрекать тебя, презирать?

Я – ничтожество полное! Трусиха и дура. Я, которая…

Ты ведь ничего не знаешь, моя милая. Совсем ничего! И мне от этого еще тяжелее.

Мне так тяжело, что если бы ты понимала, то наверняка пожалела меня.

Но я и жалости твоей не стою. Я вообще ничего не стою, ты мне поверь!

Я, которая пустила жизнь свою под откос. Коту под хвост. И как я могу советовать? Как могу тебя осуждать? Я, мелкая, корыстная, жалкая трусиха? Предательница и негодяйка?

Я так жалка, что даже сейчас, почти прожив жизнь, не став счастливой ни на минуту, пытаюсь отговорить от счастья тебя.

Жалкий я человек. Впрочем, жалеть меня не надо – я этого недостойна. Потому что сама все разрушила и растоптала.

Как мне хочется подойти к тебе! Обнять и сказать: «Девочка моя любимая! Да, конечно! Иди! Точнее – беги! Хватай в охапку детей и беги!

И поскорее! Наплевать на все эти блага! Квартиру, машину, поездки. Все это пыль и пустяк, потому что счастливой они еще никого не сделали! Ни-ко-го! Уж мне ты можешь поверить! Что называется, из первых уст.

Не держись ты за всю эту чушь! Все наживется. А нет – так тоже, поверь, ничего страшного! Ну, будет квартира поменьше и победней. Ну, не будет автомобиля. Денег в обрез. Все ерунда! По сравнению с… Нелюбовью. С отвращением. С колючими и острыми мурашками, которые пробегают по телу, когда он…

И когда он ест – опрятно, но так отвратительно! На края тарелки раскладывает лепестки вареной моркови. И морщится. Боже, как же он морщится! Я говорю: давай я не буду в суп класть морковь.