Господин следователь. Книга пятая

Другое дело, что потом могут возникнуть проблемы — домовладелец при возвращении квартирантов потребует паспорта, потом явится питерский городовой, отведет в участок, а тамошний Мировой суд наложит штраф за нарушение паспортного режима, а тут еще мы телеграмму дадим, что они «беглые». В тюрьму, разумеется, актеров не посадят, вот только паспорта им теперь долго не увидеть, что автоматически означает поставить крест и на гастролях, и на путешествиях. Нет, пускаться в бега себе дороже.

Где-то читал или слышал, что в камеру нельзя входить с оружием. Мудрое правило, между прочем. Господин Василевский не производил впечатление человека, способного напасть на следователя и его обезоружить, но правила нужно чтить! Поэтому, прежде чем зайти в камеру к задержанному, я вытащил из кобуры свой «бульдог» и вручил его Ухтомскому.

Ждал, что пристав примется удивляться моей «потайной» сбруе, но вспомнил, что я уже показывал Антону Евлампиевичу кобуру «скрытого ношения».

Самолично открыв дверь камеры, вошел внутрь.

Василевский не спал, а попросту лежал на нарах, подняв глаза вверх.

— Здравствуйте, — вежливо поприветствовал я. — Надеюсь, я вас не очень потревожил?

Актер не ответил. Что это с ним?

Эх, чистые штаны надел. Рискуя наловить блох или испачкать последние оставшиеся брюки, присел рядом.

— Господин Василевский, а вы не желаете отправиться в гостиницу? — поинтересовался я.

— А зачем? — мрачно отозвался актер.

Хороший вопрос. Но то, что он мне ответил, уже неплохо. А я опасался, что артист вошел в полный ступор.

— Нет, если желаете, то можете сидеть тут и дальше, но мне вас тут держать нет резона, — ответил я. — К сожалению, в полицейском участке мало свободных камер и мне бы желательно ее занять кем-нибудь другим.

— Вы так говорите, словно я сам сюда напросился, — усмехнулся Василевский.

О, а в нем чувство юмора проснулось. Совсем превосходно.

— Слышал, что настоящий актер, покинув сцену, должен выйти из образа, — сказал я. — Но я-то не режиссер, а судебный следователь, поэтому предлагаю вам поиграть немножечко в роль Карандышева — а что бы случилось с героем после смерти Ларисы?

Василевский приподнялся на локте и посмотрел на меня.

— Кстати, а что бы с ним случилось?

— Я не судья, могу лишь предположить, что с хорошим адвокатом, с присяжными, настроенными более-менее благожелательно, Карандышев получил бы… лет пять, не больше.

— Почему? — вскинулся актер. — Лариса же заявляет при свидетелях, что она сама застрелилась?

— Ну и что? — хмыкнул я. — У меня, как у следователя, сразу возникнут вопросы: откуда взялся у девушки пистолет? Кто его видел раньше? Отчего пистолет оказался на столике? Лариса застрелилась и положила оружие? Несерьезно.