Госпожа частный сыщик

Вся жизнь Нэн –  забота обо мне, у нее просто нет никого более близкого. Мы с ней не можем бросить друг друга.

Но вот садиться в поезд –  увольте. Она так и сказала, и я даже не стала напоминать, что няня и без того уволена.

Словом, Нэн отправится следом на дилижансе и прибудет в Доревилль через пару дней после меня. Может, это и к лучшему –  я хотя бы успею устроиться.

Так и вышло, что на поезд я садилась в сопровождении только призраков. То есть, по мнению всех вокруг, в совершеннейшем одиночестве. И никто меня, конечно, не провожал. Не считать же проводами появление на вокзале бывшего опекуна –  он просто хотел убедиться, что я точно уехала.

–  Надеюсь, ты больше не доставишь мне проблем, –  коротко напутствовал он, вытирая со лба пот не слишком свежим платком."

"Дядя Вильгем вообще обильно потел, как многие люди его комплекции. Приземистый и грузный, со слишком длинными руками и выпирающим брюшком, на котором пуговицы жилета туго натягивались, а ткань едва не трещала, в высоком цилиндре, будто призванном компенсировать рост своего обладателя, дорогом костюме и с щегольской тростью –  не для опоры, а для солидности, мой опекун все равно выглядел отчего-то не респектабельным джентльменом, каким хотел быть, а нуворишем-промышленником, одним из тех выскочек, кому богатство досталось слишком легко и не особенно заслуженно. То есть тем, кем и являлся, по большому счету.

Он приходился маме двоюродным кузеном, и никогда при жизни моих родителей не появлялся в нашем доме. А вот когда их не стало –  оказалось, что других родственников у меня просто нет.

Я неопределенно пожала плечами. Обниматься или устраивать сцены прощания не собирался ни один из нас.

Мальчишка-носильщик подхватил мои чемоданы, и я едва удержала наползающую на губы улыбку. Интересно, какое лицо стало бы у дядюшки, знай он, что в этих чемоданах?

Нет, в целом крамольного не так уж и много. Я решила, что полный гардероб молодого джентльмена проще будет купить на месте, так что там только одна смена одежды. Зато полная, включая шляпу и даже подштанники. Просто женские панталоны слишком топорщились бы под брюками. Мужские подштанники в чемодане старой девы –  тот еще скандал!

А еще пудра. Ни одна приличная девушка не станет пользоваться косметикой, еще чего! Все эти ухищрения –  удел кокоток и актрис. Как Нэн ворчала, когда ей пришлось покупать такое непотребство! Но я решила, что отвар чая –  это все-таки не совсем то, что надо. А вот если смешать несколько оттенков пудры для лица, можно получить восхитительно-неприятный землистый цвет. Совсем чуть-чуть такой пудры на лоб и щеки –  и получаем кожу, к которой не очень-то хочется слишком присматриваться.

Коротко кивнув дяде, я последовала за своими чемоданами.