Графиня поневоле (СИ)

Действительность сузилась до границ этой комнаты, этой женщины.

* * *Кас отошел в сторону, восхищенно осматривая обнаженную фигурку жены, поправил жемчужное ожерелье, льнущее к коже, распустил ее волосы, позволяя тяжелым локонам шелковым водопадом рассыпаться по плечам."

"— Совершенна! — вынес вердикт этот ценитель женской красоты. — Как же давно я хотел увидеть тебя именно такой, сокровище мое. Просто с ума сходил от желания посмотреть на то, как мерцает перламутр на твоей груди… — тут проказливая улыбка коснулась губ этого переменчивого как огонь мужчины. — Ну что? Ты готова услышать подробные инструкции, сладкая.

* * *Марго чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Шевалье ди Мартен, проведя с ней долгую беседу, не позволил своим подчиненным отдать ее на опыты некроманту, который приехал с новой хозяйкой. Вместо этого любопытной девице просто пригрозили поркой и отправили на работу, наказав и близко не подходить к хозяйским покоям.

— Можно подумать нас розгами напугаешь, — отдуваясь на каждом шагу, горничная тащила тяжеленный горшок с каким-то развесистым вонючим цветком, который ей велено было отнести в синюю гостевую спальню. — Да я, если хотите знать, теперь десятой дорогой буду обходить их светлостей, помоги им, Великая Матерь, и меня не забудь!

Деваха толкнула дверь и застыла на пороге.

Ее светлость, красивая как сказочная фея, о которых зимними вечерами сказывала старая Аглая, стояла на коленях перед мужем.

Лицо его, всегда насмешливое, сейчас было искажено настоящей мукой. Марго могла поклясться, что видит бисеринки пота над страдальчески искривленной верхней губой. Руки рыжего красавчика запутались в каштановых кудрях жены, притягивая ее голову к своему паху. А она… Она…

Тут горшок с уникальными голубыми глоксиниями выпал из ослабевших рук горничной.

— Убью! — мужское.

Сдавленный женский смех и низкий стон маркиза, — вот последнее, что услышала Марго прежде чем упасть в спасительный обморок.

Глава семьдесят первая, в которой решается участь Марго

— Демоны и бездна! Развели тут бардак! — горячился Кас. — Распустились все! Вот скажи мне, что забыла эта дура в неурочное время на хозяйской половине?!

Некромант, к которому собственно и обращался ри Кавиньи в ответ только молча пожал плечами и подвинул рыжему стопку калгановки.

— А что Аола? Испугалась?

— Смеялась она, — Кастерс посмотрел на рюмочку, подумал, выпил и закусил огурчиком. — Все время… Сначала ей было весело, что нас застукали как малолеток, потом Аола хохотала, услышав, что я предлагаю за ноги вытащить бессознательную дуру в коридор, и продолжить то, на чем нас прервали.