Графиня поневоле (СИ)

Ощущение сильных рук Грега на бедрах заставило ее замычать громко и одобрительно, не выпуская однако изо рта член Кастерса, первое же проникновение полностью отключило возможность соображать здраво. Да, блин, вообще соображать! Она могла только получать удовольствие, немыслимое, горячее, пряное и удивительно правильное.

* * *— Как ты, милая? — Иришка сделала маленький глоток кофе, поудобнее устроилась в объятиях похожего на кота, облопавшегося сметаны, Каса и посмотрела в счастливые черные глаза.

— Я теперь знаю что такое множественный оргазм!

Глава тридцать седьмая, в которой семья выступает единым фронтом

— А скажи-ка мне, родная откуда ты… — громкий шум в коридоре не позволил Грегори закончить.

— Почему нельзя? Я хочу к Аоле! — в звонком голоске Миранды уже слышались слезы.

— Убедительно прошу вас, молодая леди, вести себя не уподобляясь рыночной торговке, — сестра Марфа позволила себе слегка повысить голос, и хорошо знакомому с ней человеку сразу становилось ясно, что она находится в состоянии крайнего раздражения. Ученицы пансиона прекрасно знали, что подобное настроение наставницы не сулит присутствующим ничего хорошего. — Я вам битый час толкую, девочка моя, что врываться в супружескую спальню — верх неприличия! Не вы ли вчера замещали леди Аолу во время таинства брака?!

— Я ей теперь совсем не нужна?

Уже при первых звуках зарождающегося скандала Иришка вскочила и заметалась по спальне, пытаясь привести себя в порядок.

— Мама дорогая, ну неужели я ни одного дня не проживу спокойно? Ну что еще? — она попыталась обойти Кастерса, но была остановлена, вытряхнута из ночнушки и буквально засунута в нежно-голубое утреннее платье. После этого улыбающийся Кас развернул супругу и принялся ловко застегивать мелкие пуговки на спине, не забывая целовать нежную шейку жены.

— А белье?

— А надо? — в тихом голосе некроманта слышался смех. — Ладно, ладно, не сверкай глазами, птичка. Лучше дай мне ножку.

— Зачем это? — подозрительно прищурилась молодая, но все-таки позволила устроить свою ступню на колене присевшего брюнета, который, показывая удивительную сноровку, надевал ей чулочек. — А говорил, что отшельником живет, — Иришка доверительно повернулась к рыжему. — А сам…

— Теперь другую, — Грег ловко закрепил подвязку, погладил внутреннюю сторону бедра и, дождавшись судорожного вздоха, самодовольно хмыкнул.

Шустрый ри Кавиньи тем временем протянул руку, доставая черепаховый гребень.

— Давай быстренько, сладкая, — он вложил расческу в руки жены.

— Однако, у вас просто слаженная команда. Я даже не стану спрашивать где это вы так наловчились, — вставив ноги в туфельки, она плела простую косу, глядя на то, как быстро ее мужчины приводят себя в порядок.