Горничная особых кровей

Вкупе с темно-синими глазами и приподнятыми бровками Ингира производила впечатление наивного создания.

Меня всегда в ней восхищала способность лгать глазами. Артистка поталантливее Ильмонга…

— Да, дорогая, не поделюсь. Ты знаешь, как я жаден.

— Гоин, сладкий, не бросай мне вызов, — Ингира потянулась за бокалом. — Мы оба знаем, что игру со мной ты не потянешь.

Хотя бы потому, что я старше и знаю побольше, чем ты.

— На моей памяти ты единственная женщина старше ста лет, которая не стесняется говорить о своем возрасте.

Она рассмеялась, распространяя вокруг себя легкость и задор, как иные девушки распространяют аромат духов, и начала отдавать должное блюдам, что ей наложили на тарелку. Аппетит у нее всегда был хороший, во всех смыслах. Только бесплодие умерило ее аппетиты, да согнало с юного лица уверенность.

Мне следовало смотреть на постамент, слушать Тоя, который приглашал к нему очередную барышню и болтал, но взгляд помимо воли скользил по зале, выискивая сумасбродку в темно-фиолетовом. Любую другую такой цвет бы «съел», но только не строптивую горничную. Ей идет все то, что не идет обычно молоденьким девушкам.

Она такая — само противоречие, сама непредсказуемость. То шипит, то ластится, и не просто так найти к ней подход.

Невозможно понять, что ей нужно, потому что сама она еще не понимает, чего хочет… Девчонка. Еще вчера была рядом, заманивала взглядом, а сегодня сбежала с Ветровым.

«Умница, Регина, — подумал я. — Со мной тебе ловить нечего». Я улыбнулся очередной невесте, что, поднявшись на постамент, бросила на меня испуганный, однако полный надежды взгляд.

Невесты чередовались с женихами. Той для каждого находил слова: кого-то подбадривал, над кем-то подшучивал, неуверенным делал комплименты. Я поймал себя на том, что начинаю жалеть мальчишку.

За все время, что мы в Дарне. он ни дня не отдыхал. Нужно накапливать энергию для эо-ши (а по договору у нас пять штук заряженных накопителей), писать песни, музыку, продумывать номера. К выступлениям перед высокородными допускаются лишь артисты первой категории. Те, кто сами пишут песни, шутки, сценарии и сами исполняют их на сцене. Вот упрямый апранец и лезет из кожи, чтобы не лишиться престижной первой категории.

Еще одна невеста. Помню ее еще по анкете. Черноволосая и кареглазая, с прекрасной фигурой. Имя нежное — Шарлин, похоже на центаврианское имя Шэрин. Постамент под ней зажегся темным цветом впервые за вечер. Той изобразил бурный восторг, за ним повторили наиболее впечатлительные барышни.

Ее и выберу. Идеальная супруга. Видно сразу: несмотря на молодость, есть характер, не спасует перед моими родственниками, но и зубки показывать не станет.