Горничная особых кровей

 — Тогда имей в виду: женщин у Малейва много. По-настоящему много. На любой вкус, под любой костюм. Подумай, надо ли тебе это?

Я секунду смотрела на ученого (он серьезно?), а потом расхохоталась. Ветров думает, я задумала начать охоту на центаврианина! Вот потеха-то! От моего смеха снег с ближайшей веточки упал, прямо на плечо ученого. Тот нервно его стряхнул.

— Аркадий, вы сейчас сказали чушь, — отсмеявшись, выдохнула я.

— К этому человеку, — Ветров указал на владетеля, который стоял в отдалении, — нельзя относиться просто. И тем более нельзя с ним играть.

— Он сам меня служить заставил. И это он со мной играет.

— Он бы не играл с тобой, признай ты его главенство.

— Так я признаю.

— На словах — может быть. Но твое поведение, тон…

— Что тон? Что поведение? — назойливость ученого начала надоедать. — Ты думаешь, мы тут все глупы необычайно и не понимаем, что альбинос опасен?

— Не понимаете. Девяносто процентов населения Энгора никогда не покидали планету. Ваша вселенная сужена до одной-единственной планеты, а это ограничивает…

— Аркадий, что ты такой серьезный? — перебила я. — Погодка прекрасная, вон как Эн[1] светит — а ты бубнишь чего-то там, бубнишь! Не надоело?

— Тебя могут казнить, Регина. И тебя казнят, если поведение не изменишь.

— И что? Если подумать, быть казненной — это какое-никакое, а достижение. Не всякой девке выпадает такая интересная доля.

Посчитав разговор законченным, я отошла и поглядела на владетеля со спины.

Теперь хотя бы понятно, отчего он не таскает за собой охрану — она ему попросту не нужна. Разве что для прикрытия, иллюзии того, что он уязвим. А так, если ориентироваться по ауре, получается, что наш владетель практически бессмертный.

Но для столь мощной ауры энергетика у него нехорошая.

Интересное несоответствие.

Кстати, об несоответствиях. Что творится с моим эо? Рядом с владетелем мои силы пробуждаются чуть ли сами собой.

Наверное, это вызвано сходством владетеля с тем, который исковеркал мне жизнь.

Пока я думала об энергиях, Ветров подошел к альбиносу и заговорил. Судя по тому, как они оба были спокойны, о недавней размолвке уже забыли. Мужики поднесли им коробку. Ветров засуетился над ней, с большими предосторожностями вытащил из нее сверкающий небольшой куб в прозрачном чехле.

— Теплый.

— А должен быть горячим, — заметил владетель. — Активность то спадает, то возрастает — воздействие неравномерно.

— По расчетам коэффициент эо-активности.

Я перестала прислушиваться — все равно ничего не понимаю в заковыристых терминах. Тем более, далее разговор мужчины стали продолжать на трескучем центаврианском, и я совсем заскучала. Пока они проверили все коробки, затащили что-то в домик, наболтались на своем учено-непонятном, прошло немало времени.