Горничная особых кровей

Зачем он это сделал? Я ведь не представляю для него никакой выгоды, а жалеть такие, как он, не умеют. Так почему он возится со мной?

Он определенно знает обо мне что-то, чего не знаю я сама. Так почему бы не спросить у него прямо? Что я теряю?

Я рывком откинула покрывало, вскочила и пошла в спальню к владетелю. Постучалась, дождалась тихого «Заходи». В центре расстеленной постели возлежал Мелок, на спинке, раскинув все шесть лапок. Во сне он забавно посапывал.

А центаврианин сидел в кресле, держа в руках личный планшет.

— Если вы хотите мне помочь, светлейший, так помогайте, как владетель своей подданной. А если вам просто хочется поиздеваться надо мной, тогда вы мерзкий обесцвеченный слизняк!

— Это все, горничная?

— Я пришла выполнить платное задание! Вы интересовались как-то, зачем я купила аэрокар… Аэрокар — это радость, чистая, простая радость, отдушина для человека, у которого ничего не осталось. Аэрокар упал. Соседке поставили имплант.

Мне запретили выезжать из владения. Мне приходится служить вам. А мне тяжело даже с вами рядом находиться, потому что вы очень похожи на человека, который исковеркал мне жизнь. Из-за всего этого у меня вновь начались панические атаки.

Вот, я и напилась. Черт знает, как мне вылечиться.

Владетель выслушал меня, не сделав ни одного едкого замечания и даже не усмехнувшись. Закончив говорить, я ожидала насмешки, язвительной фразочки или, наоборот, ледяной сухой отповеди.

Центаврианин же сказал спокойно, без намерения поиздеваться:

— Я оценил твою честность, горничная. Поэтому отвечу так же честно. Ты не восстанавливаешься, потому что у тебя аномалия потоков энергии. У моего племянника та же проблема, — владетель выждал короткую паузу и добавил: — Это лечится, горничная. Доверься мне, как своему владетелю, и забудешь об этой проблеме.

Наши взгляды встретились. Я вспомнила, что альбинос уже несколько раз лечил меня теплом, да и в порядок после приступа привел очень быстро. И эффективно. Неважно, что про него говорят, какая о нем идет слава. Все это неважно, слова — ложь.

Важны только поступки, а поступки альбиноса — это поступки владетеля.

— Я вам доверяю, — шепнула я и добавила уже громче, увереннее: — Как владетелю.

— Тогда идти спать, горничная.

Я развернулась и покинула его покои. Легла на диван, подумала об альбиносе. Он может меня вылечить… Он может мне помочь. Эта мысль подарила мне спокойствие, состояние, в котором я давно уже не пребывала. Замигал платежный браслет на руке, который я забыла снять.

А вот и первые пятьдесят п.е.

Я посмотрела на дверь спальни владетеля. Он помогает мне, да еще и платит за это. Вот это мужчина, чтобы его рептилоиды сожрали!

На этот раз в зону с владетелем полетели не только мы с Ветровым, но и артист Той Ильмонг.